Рыцари плащаницы

Если кто нечаянно другого подколет, потом не жалуйтесь! Приготовьте арканы! Пригодятся. Ты поедешь со мной! – указал сотник на молодого гонца, прискакавшего в полусотню к утру. – Держись рядом!

Десятники, получив наказ, ускакали к своим мамлюкам, гортанно выкрикивая команды. Юсуф тронул бока коня каблуками и осторожно двинулся по каменистой тропе. Гонец рысил чуть позади.

Скоро все в отряде убедились в правоте старого сотника. Тропа пошла вверх, клочья низких облаков наплывали на нее, оставляя влагу на застывших камнях.

Даже подкованные копыта коней ступали по ним нетвердо, неподкованные и вовсе скользили, как по льду. Сзади время от времени слышался приглушенный возглас и смачный звучный шлепок – падал чей-то конь. Юсуф не оборачивался, знал: подымут, помогут сесть в седло. Если сломал ногу или руку, перетянут. Пока сотник едет впереди, ни один мамлюк не позволит ни себе, ни другому остановиться.

«Зародьяру сейчас хорошо! – подумал Юсуф, когда позади снова раздался знакомый шлепок и ржание лошади.

 – У него дорога лучше, едут быстро. Но зато в долине ему будет плохо. Еще как!»

Эта мысль развеселила старого сотника, и он жестом подозвал к себе гонца. Тот послушно приблизился.

– Повтори, что сказал Ярукташ! – велел Юсуф.

– Евнух с сотней воинов перехватят Зародьяра перед Тивериадским озером. Тебе велено преследовать его по пятам, не давая роздыху, в битву с ним не ввязываться.

– Ты говорил об этом кому-нибудь из моих мамлюков? – спросил Юсуф.

– Нет, господин!

– Вот и не говори!

«Почему Ярукташ не хочет, чтоб я убил Зародьяра? – размышлял сотник, привычно покачиваясь в седле. – Воинов у меня впятеро больше, стоит только перехватить франка в долине… Евнух хочет сам преподнести эмиру голову убийцы брата? Поэтому сел в седло и взял саблю? С которой дело имел реже, чем с женскими шароварами?»

Юсуф прыснул и тут же украдкой посмотрел на гонца.

Тот не заметил или сделал вид, что не заметил.

«Странно все это, – продолжил сотник свою думу. – Ярукташ привык воевать чужими руками, у него это хорошо получается. Что-то здесь не так… Зародьяр убил Селима случайно. Этот напыщенный дурак, брат эмира, скорее всего, сам нарвался: не нужна была Зародьяру, который тайно возвращался из Эль-Кудса, схватка в пути.