Рыцари плащаницы

Его семья будет скорбеть, если мальчик умрет, но они будут гордиться тем, что Ги пал за веру. Если ты отрежешь руку, и Ги выживет… Что делать в Леванте воину без руки? Семье Ги калека тоже не нужен. Куда ему идти? Просить милостыню у храмов?

– Я расскажу тебе одну историю, – спокойно ответил Козма. – Испанский рыцарь по имени Мигель де Сервантес в битве с сарацинами был ранен в левую руку. Рана зажила, но рука повисла плетью, рыцарь не мог ею пользоваться. Но он продолжал сражаться. Попал в плен, его выкупили… Сервантеса по возвращении в Испанию не взяли в войско: хватало молодых и здоровых.

Тогда он стал писать книги и сочинил историю про рыцаря по имени Дон Кихот. Книгу стала читать вся Европа. Имя Сервантеса прославилось в веках! К старости он стал монахом. Представь, что кто-то решил, будто Мигелю не следует жить…

– Я не знаю такой книги.

– Она сюда еще не пришла.

– Испанцев мало в Леванте, – задумчиво сказал Роджер. – Они бьются с сарацинами в своей земле. Но рыцари храбрые, приходилось видеть в сражениях…

– Мужчина без руки может быть писцом, управителем, священником.

Он может стать отцом и дать миру сыновей – будущих рыцарей. Он может принять постриг и быть монахом, который постигнет суть веры так, как не дано нам, суетным…

– В часе езды отсюда есть разрушенная крепость, – сказал Роджер. – Коням и людям нужен отдых, обед. Но как только все отдохнут, мы тронемся. Если успеешь…

Козма поклонился и отстал. Поравнялся с носилками, укрепленными между двумя конями: один конец – на крупе передней лошади, второй – на шее следующей.

Ги, привязанный к носилкам ремнями, был без сознания. Козма потрогал его лоб, покачал головой. Достал из седельной сумки баклагу, смочил из нее тряпицу и обтер юноше лицо. Затем сунул влажную тряпицу под полукафтан раненого – на грудь.

– Совсем плохой, да?

Козма повернул голову. Сеиф, догнав его, ехал рядом. Козма кивнул, безмолвно отвечая на вопрос.

– Скоро умрет? – спросил туркопол.

– Будем лечить! – сердито ответил Козма.

Сеиф кивнул, словно соглашаясь с тем, что делать это нужно, но по его лицу было видно, что в успех лечения туркопол не верит.

– Я видел: ты утром точил саблю, – сказал Козма. – Маленьким тонким камнем. Он есть у тебя?

– Ты будешь точить меч? – заулыбался Сеиф. – Ты не доставал его из ножен с тех пор, как тебе его дали.

«Глазастый!» – обиженно подумал Козма. Но вместо ответа требовательно протянул руку.