Убийство на летнем фестивале

Какую-то булавку или брошь.

Нэнси кивнула:

– Я тоже обратила на нее внимание на записи, но не смогла как следует рассмотреть.

Мистер Пибоди нахмурился, на минуту задумавшись.

– Мне кажется, это было перо.

– Это может быть важно, – произнес Джонатан, делая заметку.

– Знаете, я не удивлен, что не все рады тому, что Томас Грин приезжает к нам на фестиваль.

– Да, у него много бывших жен, – согласился Джонатан, кивая.

Мистер Пибоди покачал головой:

– Про это я не знаю, но уверен, вы в курсе, что он родился и вырос здесь, в Котсуолдсе, и жил в деревне Даггерфорд, пока не уехал писать свои книги.

Думаю, не всем понравилось, когда он умчал в Лондон, бросив родной дом и семейный бизнес, который вскоре после этого загнулся. Хотя я уверен, что он мог бы предпринять что-нибудь, чтобы спасти его. – Мистер Пибоди придвинулся к ним. – Я слышал, он ни разу не вернулся домой за все эти годы.

– Интересно, – пробормотал Джонатан, достав телефон и сделав еще пару заметок.

 – А вы знаете, что это был за семейный бизнес?

– Мясная лавка, насколько я помню. Сейчас там небольшой супермаркет.

– Значит, это может быть корнем старых обид? – начала размышлять Нэнси вслух. Это, конечно, странно – ни разу не заехать туда, где вырос! – Вы не знаете, его семья все еще живет в той деревне?

– Кажется, да, – кивнул мистер Пибоди.

– Но все-таки сложно поверить, что люди до сих пор в обиде; он уехал, наверное, уже лет тридцать назад.

– Но он возвращается, не так ли? Это могло послужить напоминанием о давних трениях, – сказал Джонатан.

 – Он уехал сразу после того, как заключил свой первый контракт на книгу, это было двадцать лет назад, насколько мне удалось разузнать. Информации о его жизни до переезда в Лондон крайне мало, если честно.

– Но если бы он подозревал, что кто-то затаил на него страшную обиду, он бы, наверное, вообще не стал возвращаться, разве нет? – спросила Нэнси.

– Он может не знать об этом. Или считает, что теперь его никто не сможет тронуть, – сказал мистер Пибоди.

Нэнси посмотрела на угрожающую надпись на постере, и ее передернуло.

– Похоже, кто-то хочет доказать ему, что это не так.

– Я буду держать ушки на макушке, можете на меня рассчитывать, – сказал мистер Пибоди.

– Спасибо, – отозвалась Нэнси, покусывая губу. Ее обеспокоило, что Томас не мог похвастаться безоблачным прошлым, а значит, кто-то мог всерьез намереваться ему навредить.