Мое злое сердце

Мама рассказала, что прежний владелец дома умер полтора года назад. В одном из ящиков буфета я наткнулась на фотографию белобородого мужчины с красными одутловатыми щеками, напомнившего мне Санта-Клауса. Теперь дом принадлежал его племяннику, банковскому служащему из Карловых Вар, который не считал нужным заботиться об этом строении. Он предложил маме очень выгодную арендную плату в обмен на то, что она будет заниматься мелким ремонтом. Они легко пришли к соглашению. «Совсем не то что наш прежний дом», – подумала я, испытав некоторую ностальгию по нашему жилищу в Фаленберге.

– Ну как? – спросила мама, робко взглянув на меня.

– Очень мило! – ответила я. – Честно, мама. Настоящий ведьмин домик. Будто создан для нас с тобой.

Она с облегчением улыбнулась мне:

– Маленькая лгунья! Но мы сделаем его самым лучшим, не правда ли? Внутри он выглядит вполне прилично, сейчас сама увидишь.

Я запечатлела поцелуй на ее щеке.

– Не беспокойся. Главное, нам надо держаться друг друга. – Я увидела выступившие на маминых глазах слезы и добавила: – Все свободное время мы сможем печь пряники и оклеивать ими стены.

Что ты об этом думаешь?

Мама засмеялась, и у меня камень упал с души.

В том, что касалось интерьера, она не преувеличила. Мамусик сильно постаралась, чтобы создать для нас уютный домашний очаг. Все было тщательно убрано и надраено, в доме пахло чистящим средством и фруктовым ароматическим маслом. В коридоре, рядом с телефонным уголком, меня ждала высокая пузатая ваза, в которой стояли только что срезанные подсолнухи – мои любимые цветы.

Над лестницей висела гирлянда со словами «Добро пожаловать!». Я была искренне тронута и подумала: «Теперь я знаю цвет этого дома: приветливый желтый».

Гостиную мамусик обставила как новой, так и старой мебелью, так что «пришельцы» из «Икеи» встретились с предметами моего сицилийского наследства, доставшегося от дедушки с бабушкой. Кухня оказалась просторной и аккуратной, и, несмотря на сочетание купленных на барахолке стенных шкафов, буфета Санта-Клауса и складного гарнитура, я чувствовала себя здесь довольно комфортно.

Что касается семейного уюта, кухня раньше была для меня важнейшим местом. Здесь мы встречались, готовили еду, проводили вместе время.

– Мы все это обновим, – сказала мама, бросая извиняющийся беглый взгляд на складные стулья. – Но на это потребуется время. Переезд стоил кучу денег, а все свои сбережения я вложила в обстановку.

– Мне здесь нравится, – сказала я, схватив ее за руку.