Короче, все умерли

Разве что Жучка с Китай-города.

То есть, разумеется, Жучкой он лет двадцать лет назад был, когда трудным подростком из подмосковной Малаховки, в день Удара на метро ехал. И некоторое время потом, когда уже к китайгородским прибился. А теперь за старую кличку иному может и в рыло прописать. Ведь Иван Жуков – хоть и не пахан, но и совсем не рядовой «браток». Заматерел, оброс полезными связями, жирком оброс… Жирка, если честно, можно бы и поменьше, а совести – побольше, но совесть не патрон, товар не шибко ходовой. Зато хитрости да сметки деловой Ивану не занимать.

Одним словом, типичный бригадир или «бугор», как говорят в Треугольнике. И Алёнка ему очень по душе.

Увы, совершенно без взаимности. Девятнадцатилетней егозе, конечно, время от времени снится толстый, вечно потный и одышливый Жучка, которому в двери уже вовсю сороковник стучится, но – исключительно в кошмарах. Особенно когда раздевает девчонку не только холодными и немигающими, как у змеи, глазками. И потом, сердце Алёнки давно уже отдано Репке.

Илья Репин – самый удачливый на Кузнецком мосту сталкер. И вообще он самый-пресамый замечательный на свете. Молодой, сильный, красивый, смелый, веселый… В общем, возьми любую черту характера противного Жучки да выверни наоборот, и получится мил-друг Илюша. Одна беда – не задерживаются в Репкиных руках патроны. Любит сталкер гульнуть на широкую ногу (особенно после удачной вылазки), поя-кормя за свой счет чуть не полстанции, никогда не отказывает, если кто в долг попросит, одежду и снарягу берет только самую лучшую и дорогую.

А вот хабар, наоборот, часто задешево сдает, не торгуясь. Да и бесшабашен, жизнью не дорожит. То и дело головой рискует не за барыши даже, а просто из чистой любви к риску. Кто перед Новым годом прется на поверхность, разыскивая игрушки для станционной ребятни? Репка. Кто на спор от родной станции до самой Третьяковской с одним пистолетом дошел? Репка. Кого можно с легкостью на самый сумасшедший заказ подписать, банально «на слабо» взяв? Все его же, Репку. Выслушает, почешет в затылке, хмыкнет: «Да проще пареной репы!» и пойдет собираться.

Так что Дед, хоть и пользуется регулярно Илюшкиными услугами, немалые барыши с того имея, о таком зяте и слышать не хочет. Выгоды с него в этом статусе чуть, зато рисков – пальцев не хватит загибать. Во-первых, родственник – не наемник, его с легкой душой на верную смерть не пошлешь, по смешной цене добычу не скупишь и втридорога понравившийся нож не впаришь – люди коситься станут.