История одной дуэли (сборник)

Если позволяет положение в обществе и завоёванное кресло, изобретаем законы, надеясь на их защиту. Но что наши законы, писанные для других! Мы уже забыли, как сами разбивали лица, считая их подлыми. Нам не вспомнить прошлого, не заглянуть в себя. Не понять тех, кто теперь, проклиная нас, пытается пробраться сквозь выстроенные нами заграждения, расставленные ловушки и лабиринты…

* * *

Илья объявился сам, примчавшись к обеду и влетев в кабинет разгорячённый, пыльный, в распахнутой «ленинградке» и с взлохмаченной, как обычно, шевелюрой.

Глаза его сверкали ярче очков на носу. Весь он являл сгусток нерастраченных сил и положительных эмоций, на лице беспечность, свойственная влюблённым: мои наблюдения основывались и на доверительном телефонном звонке Моисея Моисеевича, что «внук, кажется, женится на прекрасной Женечке».

– Затянулся твой вояж, – позавидовал я, обнимая приятеля. – В каких конторах найти таких добрых дядьков, отпускающих подчинённых на месяцы?

– Накопил, – плюхнулся на стул Дынин.

 – Сам знаешь, сколько не отдыхал, а Владимир Константинович наградил подвернувшейся стажировкой у московских коллег.

– Потом Париж, Канары… научный диспут?

– Последние достижения наук изучал, – заважничал Илья. – Теперь перетрясём судебную медицину. Знаешь, какие перспективы и возможности открываются?

– Утрёшь старика Хоттабыча?

– Без проблем. Полгода нож на дне пролежит, а я отпечатки пальцев выдам.

– Вот так поднесёшь к носу?.

.

– И тебе на стол.

– Ты уж тогда и фамилию сразу не забудь.

– Постараюсь.

– Когда свадьба-то?

– Осенью.

– Вот те на! Полгода нам мучиться и дожидаться…

– Ничего, гуляки, потерпите.

Да, изменился мой приятель. От его угловатости, скованности и замкнутости не осталось и следа. Вот что творит с человеком любовь! Бесшабашная удаль и молодецкий задор так и рвались из его пышущей груди.

– Слушай, дружище, – вернул я его к нашим земным заботам, – ситуацию мудрёную разрешаю.

Не поможешь, раз уж тебя в столице подучили?

– Отчего же, просвещу.

– Дело серьёзное, – согнал я улыбку с его губ. – Посмотри содержание вот этого «отказника». Мне бы хотелось, чтоб ты обратил внимание на медицинское заключение, хотя представляют интерес и бумаги оперативников.

И я вручил ему проверочный материал о смерти сторожа Дробкина.

– Сейчас посмотреть?

– А что? Занят? Ты только учти: эксгумацию тела делали.