По следу Каина

– Что вас, Николай Петрович, могло заинтересовать в архивах местного КГБ? – насупился собеседник и остро отточенным карандашиком по столу перед собой застучал резко, но внятно.

Он глаза на советника поднял, недоумевая.

– С каких это пор ваших следователей интересуют архивные секретные дела расстрелянных заговорщиков?

Вот тогда он и вспомнил Федонина, тот собирался письмо у него подписать, да не успел. Это значит, без письма нагрянул, пока его не было, а начальник КГБ сюда нажаловался!.. Вот они, старые приёмчики! Правильно калякали – шубу сменить, это ещё не рожу умыть.

Наябедничали, значит…

Однако замечанием отделаться от советника не удалось. Попробовал рассказать историю о реликвии пропавшей, тот брови вскинул – не там поиски учиняете! И вообще архивы того учреждения неприкосновенны! Это особый режим секретности. Сам Генеральный подписывает подобного рода запросы. Делалось это несколько лет тому назад! В исключительных случаях! Когда было принято решение высших партийных органов о реабилитации конкретных лиц, пострадавших от политических репрессий!.

.

– Не мне вам объяснять, Николай Петрович, – поставил точку собеседник. – А виновных за самоуправство привлеките к ответственности.

Так и сказал – за самоуправство. Он пробовал возражать, сам бы письмо подписал, не успел к нему старший следователь.

– О принятых мерах сообщите лично, – встал собеседник и подал руку, не улыбнувшись. – Я жду вашего приказа.

Вот такой тяжёлый состоялся у него разговор в последний день московской командировки.

Это и озадачило Игорушкина, это и вызвало былую, годами забытую тревогу. Дохнула на него из тех, сороковых, смертельной опасностью. «Утратил бдительность, старая калоша!» – ругал он себя мысленно, так и не заснув до утра, один перед тёмным окном. А как приехал, учинил в аппарате встряску. На второй день дошла очередь и до Федонина. Заместителя по следствию Колосухина не пригласил. Впечатлительный тот и скор с выводами. Да и не в курсе тот был по поводу обращения Семиножкина. Когда выкричался, пыл схлынул, оглядел поникшие головы обоих, спокойнее спросил младшего:

– Кто же тебя надоумил без письма-то к ним лезть?

– А я перед этим книжку о тех событиях прочитал, – вытянулся прокурор следственного отдела. – Холопов автор.

– Вот выбрал себе прозвание! – хмыкнул, не сдержавшись, прокурор. – Холопов? Не нашёл ничего подходящего?

– Я и Кремлёва читал.

– Ну этот вроде умнее.