Жил отважный генерал

Преподавал, даже ректором был в Одесской духовной семинарии.

– Готовят их не хуже нас, – поддакнул Игорушкин.

– Заботятся. В шестьдесят седьмом году определено было ему быть епископом в одном из городов Киевской епархии, тогда же состоялось, как у них говорится, его наречение Иларионом, а спустя день – назначение в чин.

– Во как! Присягу-то не принимают? – пошутил Игорушкин, хмыкнув и слегка подтолкнув локтем водителя.

– Присягу? Это ты правильно подметил, Николай Петрович, – подхватил Кравцов, глаза его загорелись, чувствовалось, задело его за живое.

 – Не хватает прокурорам нынешним настоящей верности его Величеству Закону. И молодым, да и кое-кому из нашей братии, старым. А вот у них всё на высшем уровне! Посвящение в чин и должность совершает самое высокое начальство – мудрейшие и почётные митрополиты и архиепископы. Честь и ответственность великие! Проникается посвященец самой глубинной частичкой разума и сердца своего! Вере служить и Богу!

Игорушкин, не сдержавшись, засмотрелся на Кравцова, не видал ещё того в большом волнении чувств.

Скрытен был тот, суров в общении, сух и сдержан на трибуне, а тут – пробило.

– Верность идеалам – это действительно великая редкость сейчас. – Кравцов отвернулся к окну. – В войну только такие чувства и помогали жить и воевать. Свято верили в то, что делали. Правое дело, потому что.

– А теперь?

– Теперь? – Кравцов, казалось, вернулся на землю от раздумий. – А сейчас всё изменилось… Болтовни много.

Тонут дела в бестолковой болтовне. Тонет вера в правое дело…

– Да-а, – неопределённо протянул Игорушкин. – А владыка, выходит, повторился?

– Владыка-то?

– Подтвердилась ваша проверка?

– Сильного побеждают, только повинуясь ему, так, кажется, предлагают поступать дипломаты? – Кравцов помолчал, словно подбирал слово. – А он пошёл напролом. Настрочил обращение к самому Генеральному секретарю ЦК.

– Правды на самом верху искал?

– Считал, ин ректо виртус. Простите.

 – Кравцов улыбнулся смущённо. – В законности добродетель.

– Правильно мыслил! – Игорушкин крякнул. – А как иначе? Тем более ему! Сверху ему положено в законе добро видеть.

– Вот-вот.

– А на местах мутят порой. Князьков у нас хватает. Некоторые слишком высоко вознеслись. И всуе власть употребляют.

– Убрали Илариона тогда с Украины, – резко бросил сквозь зубы Кравцов, не слушая Игорушкина.

– Не подтвердились факты?

– Почему? Подтвердились.