Песни Красных Ястребов

Феникс сорвался с плеча Юргена и расправил огненные крылья, пикируя прямо на Кейру. Она не побежала, не отступила назад и даже не закрыла глаза – лишь распахнула объятья. А затем дух скорби просто стал частью ее.

– Ах… – Кейра схватилась за грудь.

Гулкий удар сердца – и ее тело вздрогнуло где-то в невыразимой дали. А прямо под сердцем она ощутила огонек кровавого рубина. Тепло разливалось по телу – в него возвращалась жизнь.

Своды древнего храма поблекли, и перед глазами Кейры осталась лишь тьма. Только в этот одолеть ее было совсем просто – достаточно только поднять веки.

Кейра открыла глаза и увидела мир.

Песнь II. Костры разгораются

9 Кейра

Кейра открыла глаза и увидела потолок. Она узнала его и почти сразу потеряла сознание.

Затем Кейра очнулась снова, и в этот раз продержалась дольше. Она лежала на скрипучей койке в Приюте Вечернего Костра. Комната была похожа на ту, где Кейра навещала свою мать. Кстати, о матери – она была здесь, дремала на стуле у изножья кровати.

Кейра хотела окликнуть ее, но издала беззвучный хрип и скользнула в забытье.

Очнувшись в третий раз, она ощутила себя крепче. Боли не было – только слабость и ломота в теле. Кейра подняла руки и потянулась к своему горлу. Почему-то она ждала, что будет замотана в бинты, как мумия из некрополей Зеленой провинции. Но вместо грубой ткани ее пальцы нащупали нежную кожу.

От стилета Марвина даже шрама не осталось.

Только это не значит, что ничего не было. Ее разлучили с близкими.

Ее объявили мутантом, изгоем Империи. А потом ей перерезали горло и выбросили тело в залив. Плевать как она выжила, врагов у нее меньше не стало. Она нигде не будет в безопасности.

Кейра услышала шаги – кто-то вошел в комнату. Кейра притворилась спящей – а пришелец подошел вплотную к ее кровати.

– Я слышу твое дыхание, доченька. Ты проснулась, зачем притворяться?

Кейра неловко поднялась на локтях – и Фрида заключила ее в теплые материнские объятья. Кейра расплакалась, словно ребенок.

Она жива, в самом деле жива!

Юрген из Аскерми не обманул ее. Хотя… это был всего лишь сон. Глупая греза, о которой не стоит волноваться. Мало ли что померещится после той дряни, которой напоил ее Пирс. Единственное объяснение, почему нет шрама на горле – его никто не резал. Реален был только бред после той отравы – все остальное просто померещилось.

– Ты так долго спала… Я боялась, что не очнешься.

– Мама… тебе лучше?

– Обо мне не волнуйся.