Путь к Босфору, или «Флейта» для «Императрицы»

И взялся выяснить Кирилл, пользуясь трёхдневным остатком отпуска после высочайшей аудиенции, а затем службы в Царскосельской авиашколе, – хоть и рисковал вызвать подозрения у всякого комендантского патруля: уж больно не соответствовала предписанию быть в Севастополе Курляндская губерния. Тем более, сейчас, когда немец тут пошёл в наступление и уже занял Либаву. Соответственно – снова в обозах слухи о предательстве, снова германский шпион мерещится во всякой непривычной фамилии.

И снова, – чёрт знает, где искать прифронтовой госпиталь, когда линия фронта чертится со слов казачьих разъездов.

Но, по мнению Кирилла, ещё большей опасностью для предприятия было то, что прикрывать его от излишнего любопытства комиссариатов и комендатур взялась, скорее настырно увязалась, сестра Кира. Заявив с робкой самонадеянностью: дескать, её броское «китайское» личико само по себе вполне примечательно, чтобы не замечать рядом с ним даже бравого военного лётчика.

Сомнительный довод, но если учесть, что, выдвинув его, Кира незаметно для себя порвала шёлковый платок, нервно тиская его в кулачках – довод неоспоримый.

– А не видал там у вас в третьем такого себе Иванова, тоже лейтенанта? – спросил Харитона «тоже лейтенант» Иванов.

– Ну-у, ваш бродь, – протянул санитар, не сдержавшись, чтобы не то хохотнуть, не то фыркнуть. – Ивановых-то у нас…

– Этот приметный. Флотских-то у вас нет, наверное? – сузил зрачки пепельно-серых глаз Кирилл. – А этот флотский, с тяжёлой контузией.

– Это которому сам Бурденко голову сверлил? – мгновенно отреагировал санитар.

 – Как же, есть такое чудо, ваше высокородие! Прошу покорнейше, – стушевался он, вдруг спохватившись: – То-то гляжу, наш Иванов на вас похож…

Капитан-кавалерист, расплывшись в улыбке, молча раскрыл перед служивым свой портсигар. О героическом брате Иванова – флотском офицере, он, по долгому вагонному соседству, уже слышал. И от брата, и от сестры, не очень-то похожей на сестру, но зато кружащей голову с первого взгляда.

Её, Киру Иванову, к немалому сожалению капитана, брат убедил остаться в гостинице Гробина – последнего городка, куда доходило гражданское пассажирское сообщение.

Дальше – только военные эшелоны. Из чего, дескать, следовало, – если куда и будет эвакуирован прифронтовой госпиталь, то в Гробин в первую очередь.

И, дескать, если в сутолоке войсковых эшелонов близ фронта пропустить госпитальный будет не таким уж и хитрым делом, то в тыловом губернском городке – событие, найдёшь сразу.