Многоножка

Рядом с ним красовалась магазинная решётчатая тележка, доверху наполненная рыжими листьями.

– И что это за «шыдевр» современного искусства? – Тамара стукнулась с Робби кулаками левых рук. Вместо ответа тот покатал тележку туда-сюда и пожал плечами.

– Стояла тут. Видать, дворники в неё скидывали листья, а потом не придумали, что делать, да так и оставили.

– И ты её сюда прикатил?

– Да она вон там, у свалки стояла, катить-то всего-ничего… Хочешь прокатиться?

– На тележке? – удивилась Тамара, подняв брови.

 – Нет уж, извините, я хромоногая, но не хромоголовая…

– Так и знал, что струсишь, – ухмыльнулся Робби.

Тамара возмущённо зыркнула на него, а затем взглянула на тележку. На всякий случай оглядела окрестности, проверяя, уехал ли дядя Валера. Затем махнула рукой:

– Ладно, только подсади меня и не кати слишком быстро.

– Вот это по-нашему!

Усевшись в кучу рыжих листьев, Тамара подумала, что здесь ей было гораздо удобнее, чем даже на заднем сиденье «Volvo», пропахшего духами и сигаретами.

Откинув голову, она скомандовала «покатились!» – и так, сидя в рыжих сухих листьях, рассказала Робби про «Стаккато», и про то, что учудили вчера её подлые колени.

Робби вёл тележку медленно, будто бы везя ребёнка в коляске.

– А из-за чего, в итоге, колени-то твои болели?

– Веник сказал – перенапрягла. Да если и так, то это же не повод брать и запирать меня в четырёх стенах!..

– Для взрослых – повод. Твоя мама о тебе волнуется, и это хорошо.

– Её волнение быстрее всего сведёт меня в могилу, – Тамара, мимо которой проплывал подъезд, подняла Стикер перед собой и критично оглядела его древко – просто так, без причины.

– И что, ты теперь тайком туда бегать будешь?

– Да хоть бы и тайком, но… бегать? Ковылять скорее.

Задира Робби какое-то время молча вёл тележку вперёд, прежде чем сказать:

– Раньше ты себе таких фраз не позволяла.

– Каких? – удивилась Тамара, задрав голову и глядя на Задиру вверх тормашками.

– Вот именно таких. С каких это пор ты ковыляешь?

– Ааа… – Тамара задумалась, взглянув на голубую прореху в облачном небе.

Помолчала, а потом ответила:

– Да с детства, наверное.

День ещё вчера обещали тёплый, подумалось ей. Но уже полдень, а тепла – совсем капелька, и то оно исходило скорее от Задиры, нежели от солнца.

Они двигались молча, слушая дребезжание колёс тележки по асфальту.