Рагуза. Гроза ядранского моря

Девушки перестали целоваться, и Франческа ошарашенно спросила у Леры:

– Что это было?

– Городская стража, к нам сам пристав пожаловал, видно, вчерашние события кому-то очень не понравились. А мы к этому не имеем никакого отношения, мы никого не видели и не встретили, – Лера повторила то, что сказала вчера. На мгновение замолчав, девушка решительно закончила, изложив только что пришедшее ей в голову: – Мы домой спешили, так как хотели предаться любовным утехам, поэтому очень торопились и ни на что не обращали внимания, именно так всё и было!

– Я не об этом, я о… – Франческа дотронулась пальцем до своих губ.

Лера пояснила:

– Это поцелуй, страстный такой, а тебя, что? Никто не целовал? Сколько же тебе лет?

– Почему не целовали? Но не так, как ты, мне двадцать два, отец не позволял мне покидать наш дом. Ну, мы дома не сидели, но он всегда был со мной. Вообще-то, он хотел мальчика, который унаследует его дело и знания, но родилась я… вот отец и…

– Понятно, – кивнула Лера, – твой отец хотел наследника и сделал из тебя старую деву! Подумать только, двадцать два года и ни разу нормально не целовалась! Только в щёчку, да?

– А ты, что, много раз это делала? Имеешь большой опыт? Тебе же только семнадцать! – с некоторой обидой ответила Франческа, Лера засмеялась:

– Первый раз я поцеловалась с мальчиком в двенадцать лет, а четырнадцать это уже был страстный поцелуй.

– Какой? Какой? – удивлённо переспросила Франческа, Лера улыбнулась, обняла подругу и впилась ей в губы (девушки уже встали с кровати и почти оделись). Поцелуй немного затянулся, и заглянувший в комнату городской стражник, начавший говорить, чтоб девицы поторопились, поскольку их ждёт господин пристав, замолчал, глядя на девушек, совершено его не стесняющихся. А чего стесняться? Они ведь уже оделись, надели те обновки, которые вчера купили.

Городской стражник, на которого девушки замахали руками, сделав страшные глаза, поспешил ретироваться. Франческа, одетая в широкое платье с длинным подолом, с улыбкой посмотрела на Леру, на которой была белая рубашка с кружевами, сиреневый кожаный колет, узкие брюки, заправленные в короткие сапожки. Картину дополнял красный шёлковый пояс, повязанный поверх кожаного, к которому были пристёгнуты ножны с саблями.