Иди и умри

Некоторое время он думал, что это Николаев балуется с холстом и кистью, и год назад, проводя разведку боем, даже спросил:

– Не слишком ли много тут сурика, Виктор Аркадьевич? Сурик – и водная стихия? Слабовато для чувственного пейзажа…

– Какого Шурика? – спросил тогда Николаев, давая Струге ответы на все вопросы.

Сегодняшний просмотр пейзажа был, наверное, пятидесятым за истекающий год.

– Продайте картину.

– Что?? – едва слышно выдохнул Виктор Аркадьевич.

– Картину продайте. Не хотите продавать – давайте поменяемся.

Николаев почесал «Паркером» за ухом.

– Вы слышали, что я вам сейчас говорил, Антон Павлович?

– Все я слышал. Так вот, я отказываюсь от охраны и даю подписку в том, что возлагаю ответственность за все возможные последствия на себя. Искренне благодарю за участие, но от присутствия «идущих вместе» испытываю жуткий дискомфорт и становлюсь социально опасным. Вот, собственно, и все, что я хотел сказать.

– Не прокатит, Струге.

И тут Антон Павлович совершенно отчетливо увидел перед собой морщинистое лицо председателя Терновского областного суда Лукина. Тот беззвучно хохотал и закидывал в приступе восторга голову.

– Если будете гнать охрану прочь, она, конечно, отойдет, но только на два шага, – подтвердил догадку Виктор Аркадьевич. – И не выдвигайте мне ультиматумы, Антон Павлович. Судом пока руковожу я.

Антон относился к той породе людей, которая, упершись в стену и поняв, что лоб дороже, начинала искать дверь.

– Продадите?

– А жаровня качественно исполнена?

Вернувшись в кабинет, Антон опустил картину перед удивленной Алисой и попросил ее сходить за молотком и парой гвоздей.

– А оно нам нужно? – недовольно спросила секретарь.

– «Оно» никому не нужно. А вот картина, особенно мастерски написанная, вещь стоящая. Что ты можешь сказать, Алиса, глядя на этот пейзаж?

С кривой усмешкой на красивом лице окинув взглядом холст, секретарь покрутила головой и пожала плечами – жестикуляция и мимика, достойная поэта, развинтившего магнитофон.

– Горное озеро. Ну, или река… Солнце только что скрылось за скалами. В общем, мне нравится. Я пошла за молотком.

Антон Павлович опустился на стул.

Что она сказала, перед тем как выйти? «Солнце только что скрылось за скалами»?.. То есть что – вечер, получается?..

Струге двумя движениями распустил под горлом узел галстука.