Последнее слово девятого калибра

И сейчас не стоит сомневаться в том, кто станет крайней фигурой при поиске виновного. Лисс знает наверняка, что документы при судье. Значит, они должны были быть в номере. Но Комик может поклясться, что их там не было.

В принципе за собственную легенду и алиби Лисса можно было не беспокоиться. Игорь Ремизов, он же Комик, был устроен в охрану гостиницы «Комета» неделю назад с хорошими рекомендациями. Офицер, ветеран первой чеченской войны. Его присутствие в гостинице, понятно, никого бы не удивило. Напротив, осмотр этажей является одним из пунктов его служебных обязанностей.

В пять часов утра прибывал поезд, который привозил некоего Струге из Тернова. Выбор пал на этого судью потому, что именно ему было зарезервировано еще два дня назад место в номере «1024». Второе место в этом номере предназначалось еще одному правоведу по фамилии Бутурлин. Но тот прибывал только вечером. Все остальные места на десятом, «судейском» этаже были заняты.

И теперь… Он не нашел документов. Их не оказалось ни на теле судьи, ни в номере.

И сейчас, стоя перед Лиссом, ветеран первой чеченской войны размышлял о том, во что это может ему обойтись.

Между тем Лисс вытер пальцы о платок и поинтересовался:

– Ну, как шло дело?

У Комика на лбу пролегли морщины недоумения.

– Вы же сами все знаете…

– Я вижу лишь итог. Поэтому и спрашиваю: как дело шло. Какие были непредвиденные обстоятельства, как исполнялись инструкции?

– Я поднялся в номер судьи… Вошел и стал осматривать помещение. Согласно инструкции.

– Дальше.

– Дальше… я вышел из номера.

– Все?

– Все.

– Где документы?

Комик стоял и лихорадочно думал о том, как собственный страх можно обосновать форсмажорными обстоятельствами.

– Я не сумел взять документы… То есть, Лисс… Их не было. Я их не нашел.

Лисс, взявший в руку новый стакан и уже потянувшийся было к бутылке, разжал пальцы. Глухо стукнув о дубовый паркет, стакан покатился, бренча своими гранями.

– Что… Что ты сказал? Еще раз объясни мне – где… документы?

– Лисс, – поспешил объяснить Комик, – никаких бумаг в номере Феклистова не было! Обшарил каждый угол! Я даже в люстру заглянул!! Их не было и в карманах у судьи…

Произнеся «их не было», Ремизов испугался собственных слов.

А когда он увидел лицо авторитета, осекся окончательно. Глаза Лисса смотрели на него с каким-то подозрительным и двусмысленным оловянным блеском.

– А что значит – «не было»? – Голос хозяина был глух, как заржавевший пионерский горн.