Плохой хороший мент

Просто сейчас он стал несколько пушистее… И если он, «лысый хер», «кот камышовый», еще раз вздумает пошутить таким образом, то его, живого, закопают на городском кладбище. Назвали даже номер ряда и номер могилки, сообщив, что яма на всякий случай уже вырыта.

Пролежав две недели в постели, Игорь Леонидович, оклемавшись, первым делом поехал на городское кладбище. Увидев в нужном ряду под искомым номером зияющую чернотой и пахнущую вечностью яму, Франц сделал второй вывод – демократия в этой стране продлится гораздо дольше, нежели его жизнь.

Поскольку органы власти с такого рода «демократией» если и боролись, то как-то вяло и неумело (так казалось Францу), Игорь Леонидович вернулся на свое рабочее место.

Все было, как прежде: заказ – работа – оплата, до тех пор, пока Францу, теперь уже Французу, два года назад не повстречался на жизненном пути профессиональный кидала по кличке Змей. Тот в кратчайшие сроки сумел объяснить Игорю Леонидовичу, как при помощи «своего» человека в Бюро и природной способности его, Змея, убеждать людей можно продавать одну и ту же квартиру раза два, а то и три, до тех пор, пока, наконец, не будут оформлены настоящие документы законному владельцу.

С этой поры деятельность Француза стала развиваться по двум направлениям. Пачки долларов росли как на дрожжах быстрого приготовления.

Все рухнуло в один момент, когда некто Веденеев, какой-то рядовой оперативишка из районного УВД, «слотошил» всех, кто изготавливал эти «дрожжи». Все бы ничего, да «слотошил» он «Змея и компанию» с документами, где стояли его, Француза, подписи.

И тогда Игорь Леонидович исчез. Испарился и нигде не выпал в виде осадка, нарушая великий природный закон.

Артур, напротив, верил во все незыблемое, поэтому в тот момент, когда Инга набирала номер телефона Франца рядом с его домом, сыщик терпеливо ждал, любуясь миллионами отражений солнца в волосах девушки.

– Вы, однако, ошиблись номером.

Артур, почти прижавшись ухом к щеке Инги, прекрасно узнал этот голос.

Три года назад он приватизировал свою однокомнатную, оставшуюся после смерти матери. Тогда лысоватый чинуша ему сказал:

– Ждать бы вам, однако, молодой человек, месяца два, но для сотрудника милиции, думаю, исключение сделать можно и нужно.

Вряд ли Франц запомнил Артура. Но только не наоборот.

«Как вы там говорите, Игорь Леонидович? Встретиться нам, однако, придется…»

– Инга… Знаешь, я думаю, моя сегодняшняя эпопея только часам к восьми закончится.