Наследие МРАКА

Горгульи всё не смолкали, и коротышкам очень скоро стало понятно, что нарушитель их спокойствия находился где-то среди них. Они довольно слаженно разбились на небольшие группы, принявшись тщательно прочёсывать город и прилегающую территорию.

Как нестранно, но в клетях сидел, только Шмыга. – Интересно за что его так, – подумал Пятидесятый, но на разбирательства, не было времени.

«До моего вероломства гномы вели себя вполне обыденно вероятно, Эль каким-то чудом прошла к извозчику, не подняв шума. И почему он всё время недооценивает её?» – пронеслось в голове молодого эльфа.

Учитывая сложившиеся обстоятельства, настало время позаботиться о собственной безопасности. Его магические силы практически иссякли, сказывалось их крайне редкое применение. Видимо засиделся Пятидесятый в караульной службе.

Прыгнув в оконный проём одной из жилых построек, находящихся на центральной площади, Тёмный эльф принял свой прежний облик. Как и следовало ожидать, хозяев дома не было и молодой эльф, недолго раздумывая, залез под большую деревянную кровать, похожую на трёх спальный прямоугольный топчан.

Неизвестно сколько времени продолжалась боевая тревога, но когда голоса двух хозяев дома вывели стража из полудрёмы, с улицы не доносилось не единого звука.

– Сколько ещё времени продлится комендантский час? – пробурчал довольно пожилой гном.

– Пока Гримм не удостоверится в полной безопасности нашего города, – ответил другой гном, явно помладше, хотя визуально определить сей факт не представлялось возможным.

– Всё это сказки. Я давно говорил, заменить горгулий на что-нибудь понадёжней и современней.

– Ты опять проголодался? – спросил тот, что помладше.

– А разве не в твоём животе бурчит? – удивился пожилой гном.

Оба, как по команде вооружились маленькими табуретками и заглянули под топчан, откуда доносился внутриутробный звук. Из-под кровати на них смотрел серенький и довольно милый подземыш. Пока гномы выясняли, чей это питомец и как он здесь оказался, Пятидесятый страж зашёл с тыла и, обернувшись собой, вонзил в бедолаг короткие стилеты по самые крестовины эфесов.

Мародёрство на скорую руку добавило в кошель стража с десяток золотых монет и неприятное ощущение, которое впрочем, довольно быстро рассеялось. Подкрепившись припасами ныне покойных гномов, эльф слегка приоткрыл входную дверь и выглянул на улицу. Там было пустынно и тихо, лишь редкие патрули из пяти боевых гномов нарушали эту мрачную идиллию.