Кондотьер Богданов

Он не сомневался: Лисикова врагов заметила и приникла к прицелу. От брода до опушки – сотня метров. Для «ДТ» – что в упор.

Преследователи остановились на том берегу. Их разделяла только река. Бородатые, загорелые мужики в кольчугах оторопело разглядывали Богданова и ступить в воду не решались. «Так и уйдут! – подумал Богданов, доставая «ТТ». – Хоть одного подстрелить! Черт, далеко…» Чернобородый, коренастый всадник (по повадкам было видно, что старший) первым тронул коня.

– Стой! – сказал Богданов, вытягивая руку с пистолетом.

«Лисикова, видишь – это враги!» – Целее будешь.

– Ты кто? – спросил всадник.

– А ты? – не замедлил лейтенант.

– Жидята, сотник князя Казимира. Это мои кметы.

«Старик предупреждал!» – кольнуло в виске Богданова.

– Зачем бежал? – продолжил Жидята. Говорил он не по-русски, но летчик понимал. – Одежа на тебе чудная.

– Я, – медленно сказал летчик, – лейтенант Красной Армии Богданов.

– Богдан! – обрадовался Жидята. – Ты-то и надобен! Князь тебя ищет!

– Зачем? – спросил Богданов.

– Потолковать! – ухмыльнулся Жидята.

«Как со стариком в деревне!» – подумал лейтенант.

– Видал я твоего князя! – сказал он громко и показал для наглядности, где.

Жидята побагровел и выбросил руку в сторону летчика.

– Имати его!

Всадники разом врубились в реку. Богданов упал, открывая штурману линию огня. Кони кметов скакали, вздымая брызги выше голов. Грозная, беспощадная лава неслась к Богданову, выплескивая воду из берегов, и лава эта казалась неудержимой.

На середине реки перед нею встала стена. Кони передних кметов рухнули в воду, всадники перелетели через головы животных, вскочили и снова упали. Пулемет за спиной Богданова гремел без остановки. Винтовочные пули калибра 7,62 пробивали тела людей насквозь, попав в грудь лошади, прошивали круп до хвоста. Падали кони, падали люди; раненые захлебывались, не в силах приподняться, чтоб вдохнуть воздуха, и равнодушная вода пила кровь из их ран. Лошадь последнего кмета свалилась в двух шагах от летчика. Всадник соскочил в воду и тут же рухнул ничком – уже на берег. Пулемет стих. Богданов потрясенно смотрел на разгром. Мертвые люди и мертвые кони лежали в воде, розовые струи тянулись от неподвижных тел вниз по течению.

На том берегу оторопело смотрел на погибших Жидята. Пули его не задели. Опомнившись, сотник повернул коня.

– Стреляй же, стреляй! – закричал Богданов, вскакивая. – Уйдет!

Пулемет молчал. Богданов выстрелил из «ТТ», Жидята только головой мотнул.