Я обрёл бога в Африке: письма русского буш-хирурга

Нет, это было написано для церкви:

«Когда восстанут все святые,

О Боже, я хотел бы быть в их числе…»

We are trav'ling in the footsteps

Of those who've gone before,

And we'll all be reunited,

On a new and sunlit shore,

Oh, when the saints go marching in

Oh, when the saints go marching in

Lord, how I want to be in that number

When the saints go marching in

And when the sun refuse to shine

And when the sun refuse to shine

Lord, how I want to be in that number

When the sun refuse to shine

And when the moon turns red with blood

And when the moon turns red with blood

Lord, how I want to be in that number

When the moon turns red with blood

Oh, when the trumpet sounds its call

Oh, when the trumpet sounds its call

Lord, how I want to be in that number

When the trumpet sounds its call

Some say this world of trouble,

Is the only one we need,

But I'm waiting for that morning,

When the new world is revealed.

Oh When the new world is revealed

Oh When the new world is revealed

Lord, how I want to be in that number

When the new world is revealed

Oh, when the saints go marching in

Oh, when the saints go marching in

Lord, how I want to be in that number

When the saints go marching in

… Солнечными утрами я пробирался в столовую госпиталя, отвечая на десятки улыбающихся приветствий. Отстояв небольшую очередь, я выбирал себе «скромный» завтрак – кукурузные хлопья с молоком, знаменитый английский porridge, хлеб с маслом (в СССР это масло зовут почему-то «сливочным», а здесь – просто маргарином, что совсем не оскверняет его вкуса) и сыром, пару яиц.

Я садился за длинный стол лицом к лучам солнца, пробивающимся через расположенные высоко-высоко под потолком окна. Как и все присутствующие, я закрывал на минуту глаза, но в отличии от свазей, опускающих головы во время молитвы, я поднимал лицу навстречу солнечному свету и вступал с ним в интимный разговор: – Сиабонга, Нкулу-нкулу! Сиабонга, Баба!

– Спасибо, Господи! Спасибо, Отец Небесный!

Кстати, в этой столовой питались все прибывающие в госпиталь на короткий срок американские доктора и профессора, молодые врачи и студенты не только из США и Канады, но и из Англии, Шотландии, Германии, Австралии, Новой Зеландии, Филиппин, Ямайки.

Здесь откармливался прибывший из ЮАР московский доктор Дима Дмитриев.