Как Крыса. Истории Мутного Клима – обаятельного авантюриста

Он привлек мое внимание магической способностью подчинять себе окружающих людей. Был немногословен, но брошенные им десяток фраз в день установили в нашей камере строгий порядок. Людей он поделил по своей блатной иерархии и спрашивал с каждого соответственно присвоенному статусу. Если Алебастр давал кому-то поручение, то перечить было себе дороже. День на пятый я решился расспросить его о громких преступлениях, наверняка он знал кого то из подходящих мне людей.

На прогулке я подошел к Алебастру и стараясь выглядеть уверенно сказал ему: «Помоги мне дело на воле соорудить денежное.

Нужен хороший специалист, чтобы банк взять, а то меня менты слишком быстро повязали». Собеседник недобро улыбнулся, помолчал с минуту, и произнес совсем не то, что я ожидал: «Борзеешь сссука, в камере поговорим». Он сказал тихо, но услышали многие. В камере я приготовился к неожиданностям. Атмосфера была напряженной, остальные «сидельцы» молчали или обменивались тихими короткими фразами.

– Батон, Шнырь, Легкий, зафиксируйте его, – сказал в тишине Алебастр.

Через десять минут я стоял на полусогнутых ногах, а мою шею и руки крепко держали три человека.

Попытки вырваться привели к мелким обоюдным травмам. Сказать по правде, я не показал им всего на, что был способен. Не хотел, чтобы они пустили в ход свои заточки. Тогда бы у нас не было обратного пути. Подожду, пусть соперник первый раскроет свои карты.

– Слышь братва, а малец то, реально мутный какой-то. Загремел по серьезной статье, а по виду фраер, – продолжил Алебастр.

– Ходит все, расспросы расспрашивает. «Седня» подвалил такой ко мне, хотел падла, чтоб я ему корешей на воле сдал.

Никто не произнес ни слова.

– Ты кому стучишь, баклан? – снова обращаясь ко мне сказал он.

Я знал, что на оскорбления в тюрьме необходимо отвечать или сожрут. Но с блатными нужно быть очень осторожным в выражениях, здесь для них свой мир.

– Предъява не по теме, – просто и твердо ответил я.

Наступила тишина. Все ждали, что я буду оправдываться дальше. Но чувство, что любые оправдания могут ухудшить ситуацию, заставило меня молчать.

– Мутный и есть мутный, – усмехнулся чему-то Алебастр. – Держишься молодцом. Оставьте его.

– Значится так, беспредела я не допущу. Если ты пацан правильный – ходи ровно. Узнаю, что еще с расспросами к кому то полезешь, пеняй на себя. А дальше зона. Пусть она решит кем тебе по жизни быть. Пока все.