Осокин. Том 2

Дело громкое, и лишний раз руководство МВД не хотело выставлять напоказ свои промахи.

Осокин был ключевым свидетелем по этому делу. В зале сидело трое судей, секретарь, пристав, обвинитель Мокшин и адвокат Белогуров, что постоянно косился на Осокина. Савинов сидел в камере, его охранял вооруженный автоматом сержант. Работал кондиционер, отчего в помещение было зябко.

Судьи задавали вопросы, кем является Осокин, как он тут оказался, и все в таком духе. Стали спрашивать о событиях пятнадцатилетней давности.

Что смог вспомнить, все рассказал. Прокурор, как и судьи, задавал по большей части общие вопросы, спрашивал о ходе дела, и как Осокин смог выйти на Савинова. Казалось, что все идет своим чередом. Пока слово не попросил адвокат Белогуров.

И тут началось. Первое, с чего он начал – испорченная характеристика.

– Ваша честь, – говорил Белогуров, медленно перемещаясь по залу суда с папкой документов в руках, – свидетель обвинения не умеет контролировать свой гнев.

Он же не постеснялся избить племянника военного человека, – и, вытащив из папки какую-то бумагу, подал ее приставу.

– Это было давно! – возразил Осокин.

Центральный судья ударил молотком и попросил соблюдать тишину в зале.

Белогуров тем временем переключился на первые годы службы Осокина в органах МВД. Сам адвокат так и не понял, как такого вспыльчивого человека умудрились принять в убойный отдел.

– Я пахал, разгребая завалы старых нераскрытых дел! – возмутился Осокин.

– Тишина в зале! – судья вновь стукнул молотком. – Гражданин Осокин, если вы будете так себя вести, я буду вынужден принять меры, – и многозначительно посмотрел на него.

Осокин отвел взгляд.

Белогуров уже начал говорить о капитане Дымове, о том, какой это был ненадежный сотрудник. Да и может ли человек, столько лет отработав в органах, не подняться выше звания капитана? И под началом этого человека работал Осокин.

Осокин уже не скрывал гнева. Смотрел на Белогурова, как тот вальяжно расхаживал по залу, говорил, каким Дымов был на самом деле сотрудником, и как под руководством капитана Осокин уже вовсю начал превышать полномочия. Как избил ни в чем неповинного водителя семьи Федорковых на крыльце, а спустя несколько минут стрелял ему в спину.