Нижние земли

Эти торговцы обычно покупали у наемников информацию о залежах оружия Прежних и нанимали землекопов, которые извлекали из-под земли более-менее сохранившиеся экземпляры. Существовали еще таинственные хранилища, где по слухам помимо оружия находились и другие несметные богатства, но в их существование Рууд не верил. Мало ли сказок рассказывают старцы.

Повесив трофей себе на пояс за прикрепленную к рукоятке бечевку, он начал обходить придавленный ржавым столбом автомобиль и снова вздрогнул от грохота за спиной.

Медленно обернулся.

По крыше длинной приземистой машины гордо расхаживал крупный черный ворон.

Рууд осторожно стараясь не шуметь и не делать резких движений, снял с плеча арбалет. Услышав щелчок взведенного механизма, птица насторожилась, посидела немного, вращая башкой, и вновь занялась утренним туалетом. Рууд прицелился.

Бац и черная туша шлепнулась на дорогу с той стороны автомобиля.

Отлично, можно и позавтракать.

Расставив вокруг будущего очага найденные сундук и плоские железные коробки, и набросав в центр этого сооружения кучу тряпья, Рууд пошел искать что-нибудь похожее на дрова и вскоре нашел большую самоходную телегу (Машину, машину, машину, – несколько раз повторил он вслух), набитую ящиками с какой-то трухой внутри.

Обломки ящиков весело потрескивали; костер разгорался, время от времени, стараясь угодить в Рууда шальными искрами. Искры – это еще ничего, а вот дым, куда бы парень не пересаживался, тот почему-то все время шел в его сторону.

И уж совсем стало паршиво, когда едким, вонючим дымом, зачадил сундук с окном. Рууд скорее отпихнул его ногой подальше. Тем более набравший силу костер уже не было нужды прикрывать от ветра.

Обсосав последнюю косточку, Рууд зевнул и потер глаза.

Нет, спать он не будет – пора в путь. Вот только…

Рууд достал из мешка один из узелков, развязал его и достал тяжелый промасленный сверток, потянул за его оттопырившийся краешек, и вот на его ладонь удобно легла рукоятка пистолета.

Мальчик смотрел на черную, блестящую от масла штуковину и чувствовал радость и разочарование одновременно.

Радость – потому, что пистолет был похож на ружье Кееса и, значит, был оружием. А разочарование – потому, что пистолет был маленьким и, скорее всего, не настоящим оружием – наподобие тех игрушечных арбалетов, которые делали для детишек в монастыре.

Он так и считал пистолет игрушечным ружьем.