Третья мировая война. Вторжение

Мент подошел к машине, открыл заднюю дверь и разрядил в салон всю обойму.

Я с открытым ртом смотрел на детскую шапочку, упавшую на мокрый асфальт, а вот Марат не растерялся. Он дал задний ход. Наша тачка резко развернулась и стартанула прочь от развязки.

– Знаешь что? – Марат все еще продолжал время от времени оглядываться, хотя отъехали мы уже прилично. – Пожалуй, я тебя до самого дома довезу. – С этими словами он покопался под креслом и положил на торпеду небольшой пистолет. Газовый или боевой, я в этом не разбирался, но уверенность эта штука внушала.

– За что он их? Видно же ведь, что не бандиты. Ребенок там…

– А хер его знает? Они нас давно за людей не считают. Мы для них дойный скот, быдло. И вот это быдло замычало что-то в ответ… Говорю тебе, рвать отсюда надо к своим. Вместе держаться. Приехали.

Возле дома было хоть глаз выколи. Весь дом словно затаился. Только в 'Камелегдане' горел свет. Из кафе раздавались громкие возгласы на чужом языке.

Эти ничего не боятся.

– Знаешь, вот еще что, – Марат сунул руку во внутренний карман и извлек толстую пачку пятидесятитысячных купюр. – Бери.

– Что ты! Не надо!

– Бери, бери. У меня в рублях еще до фига, а чувствую, что скоро ими сортиры оклеивать будут.

– Ну так не оклеивают же пока.

– Вот и бери. Потом сочтемся.

– Я как только устроюсь еще куда-нибудь, с первой зарплаты начну тебе высылать…

Марат помахал мне рукой, и его 'Вольво' скрылась в арке дома.

– Эти приходили, – Женька закрыла за мной дверь и покосилась на сумку.

– Кто эти? – не понял сразу я.

Женька молча кивнула в сторону стены, за которой и еще за множеством этажей и квартир процветал 'Камелегдан'.

– Ну и что?

– Да ничего. Полупили в дверь, поорали чего-то и ушли.

Я сел в кресло. Вырисовывалась не хилая проблема. И черт меня тогда дернул?

Что теперь? От ментуры никакой защиты – это понятно. Откупиться? Даже тех денег, что дал Марат, не хватит.

И тут у меня перед глазами всплыл тот аккуратный пистолет, лежащий на рапиде.

13.04.2024 г. Москва

На следующий день, закинув за плечо пустой рюкзак и строго-настрого наказав Женьке не открывать никому дверь, я отправился на оптовку. Всех денег конечно с собой не взял. Распихали по тайникам основную их массу. Только без толку все это. Домушники, они четко знают все про наши заморочки. Вон в прошлом году, когда обнесли квартиру Женькиной сестры, даже гирьки от часов и те раскрутили.