Третья мировая война. Вторжение

Завтра сынуля приедет и посмотрит. Ну, пошли что ли?

– Сейчас. Только своей звякну.

– Ну давай. Я пока на терраске покурю и за водочкой на кухню. Заходи потом.

Я отошел в сторону и достал телефон. Сеть отсутствовала. Опять в Москве электричество гавкнулось что ли?

– Знаешь, Антоныч, поеду в город. Что-то на душе кошки скребут. – Я оперся на дверной косяк и посмотрел на запотевшую поллитровку.

– Конечно езжай, а что, случилось что-то?

– Да вот сеть не пашет. А Помахал я телефоном. Своей дозвониться не могу.

– А, это теперь в порядке вещей: то здесь крякнется, то там рванет. Если на железке напруги нет, можешь и не уехать. Хотя щас эти инерционные поезда ходить стали с аккумуляторами. Не успеваю я за прогрессом.

– Да, теперь только такие и ходят.

– Ну давай на дорожку, А Антоныч открыл бутылку, – и для душевного спокойствия. Что бы без кошек

На платформе несколько бабок перемывали косточки не кому-нибудь, а самому президенту, дальше на лавке сидел худой мужик в линялом бежевом плаще, еще дальше два грибника с корзинками.

– Извините, в шестнадцать тридцать не отменили? – я подошел к бабкам.

– Эта ходит еще, сынок.

– Спасибо.

– Не за что, сынок. Не за что.

Электричка действительно пришла, и почти вовремя. Хотя эти рога ее были опущены. Значит, тока нет.

Погрузившись в вагон, я, к своему удивлению, даже отыскал свободное место, где немедленно задремал.

Проснулся от резкого толчка. И тут же мне в затылок влетела сумка, упавшая с полки. Хорошо, в ней было только шмотье.

Крики, мат, охи, вздохи. Кому-то повезло меньше, чем мне. Поезд затормозил так резко, что парень в соседнем купе въехал лбом в оконную раму, и теперь его подруга вытирала ему кровь носовым платком.

Погудев, повозмущавшись, пассажиры постепенно затихли и стали ждать отправления. Я снова достал телефон. Глухо.

Где-то впереди захлопали двери, по проходу побежал народ.

От контролеров что ли? Я их еще с осени не видел. Опасно им сейчас ходить. Народ злой.

Я от контры никогда не бегал. Предпочитал сунуть им пару сотенных. Поэтому и продолжал сидеть дальше. Но уж что-то большая толпа ломится, а парни, курившие в тамбуре, тыкают пальцами в горизонт и аж подпрыгивают.

Надо бы посмотреть, что там.

Я вышел в тамбур и выглянул наружу. Благо двери кто-то уже отжал.