Рота Его Величества

Я сама тебе завидую! Такой мужик, а хоть бы посмотрел на другую! Мой вот инвалид, а норовит на сторону сбегать, кобель одноногий! Поймаю – вторую ногу оторву!

Лечение жены и подраставшая дочь требовали средств. Дед оставил спокойную, но малоденежную работу на заводе и устроился кочегаром в школу. Работа была сезонной, график давал много свободного времени. Дед строил дома, летом уезжал на шабашки. На воспитание дочери времени не хватало, а мать с ней не справлялась. Дочку они упустили…

Занятый воспоминаниями, я не заметил, как подошел к лесу.

До него оставалось шагов пятьдесят, когда из-за ближних кустов вышли двое. Один из них держал в руках длинноствольный помповик. Черный зрачок ствола смотрел мне в лицо. Я выдернул затычки из ушей.

– Стоять! – приказал тот, что был без ружья. – Руки вверх!

Я подчинился. Парочка подошла ближе. Ствол помповика едва не упирался мне в грудь. Какое-то время мы рассматривали друг друга. Незнакомцы были одеты в военную форму, причем какого-то древнего образца: гимнастерки без погон, но с петлицами, шаровары, ботинки с обмотками, на головах – пилотки.

Оба невысокие, лица смуглые, глаза – щелочки, однако не такие, как у китайцев или наших бурят. Но главным было даже не это! Уши у них были не человеческие! Острые, поросшие шерстяным пушком, они располагались перпендикулярно голове и при этом двигались! Звериные ушки…

Похоже, я их тоже озадачил. Странные люди глядели на меня с нескрываемым удивлением. Воспользовавшись ситуацией, я оценил вооружение.

У солдатика с однородными петлицами имелся помповик, патронташ и штык на поясе. У второго (в петлицах по кубику – командир) – большой револьвер в открытой кобуре, как у ковбоев из американских вестернов. Рукоять пристегнута ремешком – чтоб не выпал при беге. Хорошо для сохранности, но плохо при внезапном нападении. Ковбои перед боем эти ремешки отстегивали, этот не озаботился.

– В чем дело, господа? – спросил я как можно дружелюбнее. – Я нарушил границу?

– Господа в Петрограде! – огрызнулся командир.

– Прошу прощения: товарищи!

– Тамбовский волк тебе товарищ! – сообщил остроухий.

– Так вы из НКВД! – догадался я. – Как Лаврентий Павлович? Все в трудах и заботах?

Он выпучил глаза.

– Замнем! – предложил я. – Ближе к делу. Предъявить паспорт?

– Сами найдем!

Остроухий запустил мне руку в карман.

– Поосторожнее! – предупредил я. – Боюсь щекотки.

– Молчать! – рявкнул остроухий.

Он вытащил смартфон и стал его рассматривать.