Ошибки богов. Книга вторая. Не все отаку попадают в ад

Не думаю, что у меня получилось бы вытащить ее из родной стихии полностью. Девушка, поняв, что от нее требуется, чувственно изогнула спинку, подставляя моему пожарному удобный проход для запуска брандспойта. Не заставляя ее ждать, тот ринулся в бой, активно продавливая стенки непокорной водной тюрьмы. Упорные действия по пожаротушению ее огненной страсти внутри водяной тюрьмы вскоре привели к желаемому результату. Залив потоком пены все, что еще могло сопротивляться, пожарный медленно высвободился из полупрозрачной темницы.

Нарида тяжело дышала, раскидав в стороны руки и покоясь на естественной подушке искусственного происхождения на краю бассейна.

– Более трехсот лет я не испытывала ничего подобного! – наконец вымолвила она, прерываясь. – Теперь я немного понимаю своих дочек, которые до сих пор постоянно думают о тебе! Не волнуйся, – остановив меня жестом, добавила она. – У них все замечательно. Они добрались до Элизиума и готовятся к твоему возвращению. Не спорь! – прижав пальчик к моим губам, сказала она, приподнявшись.

 – Никто не знает, как все может повернуться.

Она привстала, соскальзывая в воду бассейна. Высунув голову, она дразняще высунула язык и насмешливо поводила им в воздухе:

– Феромоны будут действовать еще долго. Не упускай шанс воспользоваться моментом! И… Спасибо! Ты смог добиться невероятных результатов, Рич. До новых встреч!

И рассыпалась на водяные брызги.

Переодеваясь, я по своему состоянию понял, что про сон придется забыть. Да и не тянуло меня совершенно спать.

В отличие от других действий. Пришло время исполнить свой недавно задуманный злодейский план…

***

… Седжуани видела очередной сон, в котором вновь и вновь ее ласкали сильные руки Ричарда. В какой-то момент, она проснулась от особо сильного удовольствия и увидела перед собой свое полусонное отражение.

– «Вроде зеркало стояло дальше от кровати», – недоуменно подумала она, вдруг понимая, что прикосновения Рича ей не приснились. Ее отражение вдруг распахнуло глаза гораздо шире, чем у нее самой и спросило:

– Дочка?!!

***

…Зельда всегда спала достаточно чутко, но этот день выдался для нее особенно тяжелым.

Мало того, что она здорово замоталась, разрываясь между больными и исцеленными, готовкой и уборкой, так еще и дочка оставила ее наедине с грязной посудой, ускакав в свою комнату после заявления Ричарда про тройничок. Уже засыпая, она с улыбкой вспомнила свои довоенные годы, когда такое было не в новинку в узком кругу ее сверстников.