Из туманности Аметиса

Взяв её под локоток, он во всеуслышание заявил:

– Минуту внимания, уважаемые коллеги!

Сотрудники с любопытством уставились на Вересова.

– Так получилось, что я недавно обидел нашу дорогую Викторию Игоревну, обидел, не желая того… и вот теперь при всех вас я прошу у неё прощения. Вика, прости меня, если сможешь, виноват, был несдержан. И знай, дорогая, что я люблю тебя как сестру.

После этой тирады Вересов привлёк к себе обескураженную женщину и обнял. Вначале в приёмной воцарилась тишина, а потом всё решительней стали раздаваться одобрительные возгласы и даже отдельные рукоплескания.

Реакция Виктории оказалась своеобразной, вначале она притихла в его братских объятиях, явно не готовая к такому повороту событий. Однако её замешательство длилось всего несколько секунд.

– Вересов, ты сумасшедший! Что ты себе позволяешь! – изобразила притворное возмущение женщина, легонько отталкивая от себя Илью. – Мог бы и не прилюдно объясниться…

– Я по велению сердца, Вика, уж извини, как могу, – спокойно ответил Вересов.

– Да ну тебя, выставил на посмешище.

– Молодец, брат Илья, точно в лузу, ты как мужик поступил! – хлопнул его по плечу начальник службы логистики Громатин.

– Присоединяюсь, мой тебе респект! – подмигнул Вересову Сирин.

Остальные же, в основном женская часть присутствующих – мило улыбались, думая о своём.

Тогда Громатин во всеуслышание с ехидной улыбочкой объявил:

– Братья и сестры, давайте все любить друг друга! Предлагаю начать прямо сейчас.

Чем уже вызвал всплеск неподдельного смеха.

В этот момент из кабинета директора высунулась голова Конышева:

– Вересов, ты опять здесь цирк устроил?! Заканчивай! И марш все по рабочим местам!

Повторять никому не пришлось, шушукаясь, люди потянулись к своим кабинетам.

Примерно через час к Вересову заглянула Виктория. По её лицу было видно, что все обиды она отпустила и Илья прощён.

– А ты, Вересов, умеешь удивлять, – с улыбкой произнесла она, приближаясь к столу, – за что и нравишься мне…

– Буду и впредь стараться, – в том же тоне ответил он.

– Удивлять или нравиться? – кокетливо уточнила женщина.

– Как уж получится. Значит, прощён?

– Почти… для полного закрепления материала – обними меня также, мне очень понравилось быть твоей сестрёнкой, братик…

– Вика, ты опять в своём репертуаре, – рассмеялся Вересов, поднимаясь с кресла, – ну, что с тобой поделать…

– Вот – вот и я о том же, обнимай уже сестрёнку да понежнее.