Не умрём, но изменимся

Меня несла какая-то неведомая сила, но создавалось впечатление, что управляю ею я сам. Чуть позже моему взору открылась необозримая водная гладь, переливающаяся в дымке света красками отражённых небес. По мере моего приближения всё отчётливей проявлялась береговая линия, которая раньше пряталась за горами и ускользала куда-то за горизонт. И вдруг к своей радости я увидел на золотистом берегу одинокий силуэт человека. Подлетев поближе, я разглядел, что это была молодая женщина или девушка, одетая в нежно розовое платье.

Она задумчиво глядела вдаль и, видимо, любовалась красотой безмятежного моря. Чтобы случайно не испугать незнакомку, я приземлился заблаговременно в стороне от пляжа и оставшуюся часть пути проделал пешком (если, конечно, свободное скольжение можно было назвать ходьбой). Вступив на золотистый песок, я остановился, пытаясь собраться с мыслями. Но в этот момент девушка обернулась:

– Папа, ну где ты так долго? Я уже заждалась!

– Настюша? – не поверил своим глазам я.

Я не сразу узнал свою дочь, свою маленькую дочку, вернее, конечно – узнал, но не мог поверить, что такое возможно.

Передо мной стояла не маленькая девочка, мой звонкий колокольчик, а красивая девушка.

– Это я, папа, не пугайся, – улыбнулась она и направилась ко мне.

– Настя… Настюша, я ничего не понимаю… Как это возможно?– пролепетал я в ожидании ответа.

– Не удивляйся, просто я всегда хотела стать взрослой… А ты разве не заметил, что и твои мечты сбылись? Погляди вокруг, ты ведь всегда стремился к этой красоте.

Этот мир любит и ценит искренность желаний, – пролился звонким ручейком её голос.

– Да, ты права, дочка, мечтал… и почти догадался о связи своих мыслей с этим миром, – проговорил я, понимая, что мы общаемся на уровне мысли.

– Конечно, телепатически, здесь по-другому и не возможно… не удивляйся, здесь всё иначе, – подтвердила мою догадку Анастасия, подойдя вплотную ко мне.

Её аура заиграла тончайшими переливами красок, и нежные живые лучики света потянулись ко мне, проникая со всех сторон в мою душу, обнимая её теплом радости.

Никогда я не чувствовал такой полноты счастья, такого безграничного блаженства и понимания. Я словно оказался в природном цветнике из прекрасных роз, благоухающих чудесными ароматами.

– Я люблю тебя, папа, – отозвался где-то внутри меня родной голос дочери.

– Я тоже люблю тебя, солнышко моё, – с нежностью ответил я, всё ещё находясь в неге блаженства.

– Ты, наверное, хочешь знать, что произошло? – вдруг спросила она.