Огненный ветер

Но всё равно остаётся множество вопросов… Как это произойдёт, что послужит пробуждению, кто окажется рядом в этот момент?

– Сатена, а мы ведь можем случайно встретиться в том мире, пройти мимо и даже не узнать друг друга. И когда вы уже пробудитесь, а я всё так же буду «незрячим», для меня ничего не изменится… Но мне бы очень хотелось, чтобы в это время ты была рядом.

– Ты можешь в этом не сомневаться, я всегда буду рядом с тобой.

– Я и не сомневаюсь, но всё равно спасибо тебе, звёздочка моя.

Эйтан увидел, как вспыхнули благодарные огоньки на ауре Сатены.

– Я всё думаю, когда мы проявимся на Земле? – после паузы сказала она, что-то вычисляя в уме. – Возможно, в середине шестидесятых годов земного столетия, или ещё позже. Но где? Трудно даже представить…

– Властелинам Кармы нужны предпосылки для нашего переселения, ведь таких решений порой ждут тысячелетиями, – ответил Эйтан.

– Нам не приходится выбирать.

– Да, не приходится… А когда всё закончится, мы станем другими.

– Что ты имеешь в виду?

– Наше мировоззрение, Сатена… такие испытания не проходят бесследно.

Ты же знаешь, что иногда даже сильные духи не выдерживают тягости плотных миров.

– Ты что-то чувствуешь?

– Странные ощущения, они пока непонятны мне, словно навязчивые воспоминания прошлого, но не моего. В одном я уверен, что земной мир не станет нашим тюремщиком навсегда.

– И я в этом уверена, – убеждённо заявила она.

Обменявшись впечатлениями, они принялись изучать страну своего будущего рождения. Считывание информационного материала занимало незначительное время, основная работа заключалась в анализе и осмыслении полученных данных.

После завершения работы Сатена попрощалась и перенеслась в свою обитель. Наступило время последней фазы подготовки известное среди сензарцев как – «Сущностное уединение», в котором воины самостоятельно проходили психическое очищение, накапливая энергии равновесия и бесстрашия.

Перед уходом в медитативное состояние Эйтан ещё раз попытался просчитать свои шансы на пробуждение:

«Всё зависит от того насколько в монаде останется моего сознающего принципа, способного зацепиться за спасительную ниточку памяти.

И как хорошо было бы оказаться под прикрытием друга. Не зря же Кадир определил меня в пару с Сатеной, только она способна расшевелить спящего призрака».

Отметив изменение общего тонуса, он стал погружаться в глубину своей монады, равно как и шестеро его друзей, проходивших идентичную процедуру последнего этапа подготовки.