«Флоту – побеждать!»

На мачты русского флагмана взлетели сигнальные флаги, и с минимальной паузой после этого зарычали левым бортом все четыре броненосца и пристроившийся к ним в кильватер «Баян». Но если второй мателот японской линии прошел точку поворота без повреждений, то следовавшему за ним «Ясиме» русские комендоры подарили несколько попаданий – стал заметен разгорающийся пожар в районе кормовой рубки. А «Кассуга» входил просто в лес из водяных столбов, за что и поплатился значительно серьезнее: около десятка русских снарядов угодили в одно из лучших созданий фирмы Ансальдо, из них два двенадцатидюймовых и один – десяти.

Разворотило носовую трубу, выбросило черным дымом из середины борта, стал разгораться нешуточный пожар в кают-компании, замолчали обе палубные шестидюймовки правого борта…

Капитан первого ранга Такеноути, видя, что творится на систершипе «Ниссина», благоразумно отвернул из кильватера. Но и его крейсер успел схлопотать в разлуку десятидюймовый гостинец в кормовой каземат шестидюймового орудия.

Двести двадцать пять килограммов смерти вломились в каземат, разбрасывая вокруг как обломки конструкций, так и обрывки еще недавно живой плоти. Потом три килограмма пироксилина, мгновенно превратившись в горячий газ, разнесли изделие Путиловского завода на осколки, которые с визгом разлетелись в стороны, уничтожая на своем пути все живое и неживое, а если учесть, что почти каждый из них сделал несколько рикошетов… Из расчета правого кормового шестидюймового орудия «Ниссина» не выжил никто.

* * *

Степан из боевой рубки «Петропавловска» с удовольствием пронаблюдал, как отворачивают с курса оба броненосных крейсера японцев. И не просто отворачивают – горят.

– А ведь получилось, ваше превосходительство! – Яковлев не сдерживал своих эмоций. – Устроили нашим узкоглазым друзьям «горячий коридор»!! Возможно, есть смысл теперь атаковать броненосцы?

– Поумерьте свой азарт, Николай Матвеевич, – спокойно ответил командующий командиру «Петропавловска». – Не стоит лишний раз играть в орлянку с Фортуной.

Идем в Артур. Прикажите поднять сигнал «Поворот на пять румбов вправо все вдруг. Отходить к Порт-Артуру строем пеленга». И пусть с кораблей доложат о повреждениях и потерях.

Все, кто находился в рубке, с различной степенью удивления посмотрели на Макарова – этот всем известный своей лихостью и приверженностью к риску адмирал приказал отступать, добившись успеха в завязке сражения…

Но возражать никто не стал.