Как стать героем. Часть II. Месть Серого Магистра

Теперь этих колдунов до скончания века искать будут. А ты не переживай, в момент твою красоту поправим. – И старичок вытащил прямо из воздуха горшочек с мазью. – Пара пустяков. К утру пройдёт и не видно будет, – тараторил он, накладывая мазь.

Через час Санька сидел за столом и уплетал приготовленный ужин. Домовой устроился напротив и, подождав, когда богатырь насытится, выдал давно крутившийся на кончике языка вопрос:

– Ты где пропадал? Такой переполох в городе поднялся, не передать. Чего только люди не болтали.

– Мне Кащей Бессмертный работенку подогнал, я отказаться никак не мог.

– Точно. Люди так и говорят: Кащей забрал, – прошептал Домовой и на всякий случай залез под стол. – А ты действительно живой?

Санька в ответ молча покрутил около виска указательным пальцем.

Старичок немного помялся, что-то бормоча себе под нос, затем вернулся обратно на лавку.

– Ты о своей встрече с Кащеем лучше молчи. Народ к нему с опаской относится, и у тебя появятся лишние заботы. Если кто спросит, отвечай: ездил за три моря.

А что, почему – дело служивое, секретное.

– Меня эти глупости не интересуют, – отрезал богатырь. – Мне Василису найти нужно. А здесь, сам понимаешь, без колдовства не обошлось: поэтому организуй мне встречу с нашими лесными волшебниками.

Домовой призадумался, поглаживая бороду.

– До Лешего сейчас не добраться. Он у Водяного в заколдованном омуте с горя пьет, не просыхая. А так как дороги туда никто не знает, то и вытащить его оттуда нет никакой возможности.

– У Соловья спросить нужно.

В свое время он мне к этому омуту тропинку показал.

– И Соловей с ними. На троих сообразили. Это те, о ком мне известно. Яга исчезла, Баюн тоже. Никто ничего не видел и ведать не ведает.

– И Баюн пропал? – присвистнул парнишка. – Совсем нехорошо.

– И не говори, – вздохнул старичок.

Так, вспоминая былое и пытаясь придумать, как отыскать царевну, они засиделись далеко за полночь.

Утром, едва первый солнечный лучик поднял всех петухов в округе, Санька вскочил, быстренько ополоснул лицо и на цыпочках подошёл к двери, ведущей на кухню.

Затем резким рывком распахнул её и с криком «Соня, подъём!», влетел внутрь, но тут же смущенно остановился.

Стол был уже накрыт к завтраку, а из-за печи ехидно выглядывала довольная физиономия: как парнишка ни старался, Домовой проснулся раньше.

Едва богатырь взял ложку, дверь распахнулась, и в избу ввалился Липуня. Друзья обнялись. Воевода сильно похудел, однако держался бодро.