Атака на мир Цербера

Без доспехов, с плохим оружием они мало что могли противопоставить свихнувшимся неграм. Последних никто не лечил, и они медленно истекали кровью в лесу. Собственно, большинство уже давно отошло в мир иной.

– Можно одну просьбу, примарх?

– Давай…

– Не доукомплектовывай мой Легион этими неграми… с Крамара. Откуда угодно, только не с Крамара…

– Хорошо, – кивнул Рон, пристально поглядев в глаза Глоку, понимая, что это действительно ни к чему хорошему не приведет.

Второй Легион понес слишком большие потери, а Глок к крамарским неграм навсегда будет испытывать если не ненависть, то желчную неприязнь.

И как им выполнять приказы, чувствуя к себе такое негативное отношение? Еще будут считать, что их специально под пули подставляют. Это значит, что в Легионе установится нездоровая атмосфера подозрения, а там и до постоянных конфликтов с начальством недалеко, а это уже совсем бардак и падение боеспособности.

– Спасибо… А ведь у него почти получилось! – хохотнул Глок.

– Ты про что? – не сразу понял Рон.

– Про Борю Бриллианта.

– Да, – согласился Финист. – Еще немного – и ему удалось бы нас расчленить, а потом прикончить Легионы по одному.

– Сколько хоть времени мы дрались?

– Ты не поверишь, всего двадцать минут.

Глок действительно не поверил.

– Я думал часа два…

– Я тоже, – улыбнулся Рон. – А потом посмотрел на часы и обомлел – двадцать с небольшим минут.

Ну, отдыхай, а нам пора дожимать ублюдков.

– Удачи, примарх!

– Спасибо, – серьезно поблагодарил Рон. Неизвестно что можно ожидать от загнанных в угол противников, так что удача никогда не помешает.

6

Через два часа после рукопашной схватки перегруппированные части Легионов вновь начали движение вперед. Их продолжали поддерживать подразделения сил самообороны Крамара. Рон Финист в последний момент решил вывести Второй Легион из операции, чтобы от него не дай бог не осталось лишь одно воспоминание.

На Крамаре ему фатально не везло, так что не следовало усугублять положение…

Впрочем, этого можно было не делать. Дальнейшие бои представляли собой лишь бледную копию, тень того, что происходило несколько часов назад. Те негры, что выжили в сече, умирали от полученных ран, а те, что избежали подобной участи, маялись от постнаркотического синдрома, то бишь ломки.