На чужой войне

В городках, подобных Крастауну, жили лишние рабочие, когда много рабочих рук фермерам не требовалось, поэтому город большую часть времени стоял полупустым. Самый пик начинался через неделю-другую, и это Дональдана вполне устраивало, в том числе и с финансовой точки зрения.

Дональдан нашел подходящий по описанию мистера Тиссанга нужный дом и постучал в дверь. Наружу вышел пожилой мужчина.

«Не удивлюсь, если этот доктор с моим благодетелем раньше были подельниками», – ухмыльнулся про себя Джерри.

– Доктор Брут?

– Он самый… А вы кто?

Дональдан протянул ему письмо от мистера Тиссанга. Джерри, конечно, его прочитал перед тем, как отдать доктору. Мало ли что… Например, в этом письме под нажимом Корглена Тиссанг вполне мог его сдать. В имперской, основанной на иероглифической письменности Джерри разбирался с трудом, тем не менее он понял, что Тиссанг не предавал его и не просил доктора сдать его полиции. Там фермер изложил историю потерявшего память Хенна, писал, что он, возможно, контрабандист, потерпевший крушение на его поле, но честно отработавший нанесенный ущерб, и просил попытаться вылечить незнакомца и посодействовать в получении удостоверения личности.

– Увы, молодой человек, мистер Тиссанг несколько переоценил мои возможности как врача… – заявил доктор Брут, прочитав письмо. – Я обычный лекарь, могу подлатать плоть, вытащить пулю, заштопать колото-резаные раны, принять роды, наконец, и тому подобное. Но вот лечить амнезии и другие психические недуги я не умею…

От этих слов у Джерри даже полегчало на сердце.

– А как насчет документов?

– Тут я, пожалуй, могу кое-что сделать. Но потребуется время… около недели…

– Что ж, это мне подходит, все равно я пока никуда не спешу.

– Отлично, тогда завтра занеси фотографии и заходи через неделю.

– Спасибо, доктор.

Джерри оставил машину мистера Тиссанга у его старого приятеля, как и обещал, и пошел в город.

6

Комнату Джерри нашел не без труда. В городе появлялось все больше фермеров, и потому цены росли не по дням, а по часам. За три золо в сутки он снял жалкую комнатушку под самой крышей, на чердаке. Но вот лежать на кровати и размышлять целыми днями, дожидаясь изготовления документов, он не мог.