Последний бросок

Пока он разбирался с его устройством, толпа проскочила вперед, но почти сразу же отпрянула.

Впереди раздались специфический треск оружия и крики раненых.

Крамер бросился туда. Хондоны стояли почти открыто, не пропуская никого дальше по коридору, и методично обстреливали пространство перед собой. Люди с кирками и лопатами не считались серьезным противником, чтобы прятаться от них за углом. Потому один из них не сразу сообразил, что его напарник уже не числится в мире живых.

Виктор сделал еще одну серию выстрелов, и второй член экипажа свалился на пол.

Воздух был полон озона, тем неприятнее чувствовался запах горелого мяса.

В следующий момент грузовой трюм наполнился топотом ног и криками, это врывались люди, успешно проведшие внешнюю атаку. Виктор опомнился и скомандовал:

– Вперед!

И толпа с ревом понеслась дальше. Рядом оказался Эрнест Чентино, также где-то разжившийся пистолетом.

– Как дела?

– Пока все нормально. Лишь бы они не подали сигнал бедствия, иначе нам будет не взлететь.

– Не подадут.

– Почему ты так думаешь?

– Не знаю, просто чувствую…

Дальше стало не до разговоров. Люди приближались к посту управления, и вдоль стен лежали трупы, но на каждого «желтомордого», как их уже успели прозвать, приходилось до пяти человек.

– Не убивайте их всех! – кричал Виктор.

Но его никто не слушал, и ему пришлось прибавить ходу, чтобы озлобленные люди не разделались с пилотами. Крамер сам был пилотом, но поднять в небо корабль неизвестной системы, даже земной, ему, естественно, было не под силу, а что уж говорить о совершенно чужом.

Он чуть было не опоздал. Люди бесновались на посту управления, но вроде бы пока ничего не сломали. Один из хондонов бегал буквально под потолком, используя малейшие выступы, умело уворачиваясь от летевших в него различных предметов.

– Прекратить! – снова крикнул Виктор.

Кто-то замахнулся киркой на один из блоков, с явным намерением разнести его в куски. Но этому вандализму помешал Эрнест Чентино.

Все тут же прекратилось. Люди перестали бесноваться, срывая и переворачивая все, что им попадется под руки. Даже хондон застыл в невероятной позе.

– Прекратить, – уже в абсолютной тишине, нарушаемой лишь стоном раненого, сказал Чентино. – Корабль нужен в целости и сохранности.