Последний бросок

Пару минут назад Виктор подстроил ему ловушку с таким же вопросом, хотя отлично знал, о чем идет речь, и Адваз попался, посчитав, что можно навесить человеку лапши на уши, и за это сам чуть не поплатился своими ушами. Теперь он не знал, когда его проверяют, а когда действительно спрашивают о незнакомой системе управления. Хорошей страховкой от вранья также являлись два охранника, продолжавшие стоять за спиной пилотов. Они, собственно, и дали хондону по голове за неверный ответ по сигналу Виктора.

– Молодец.

А скажи-ка мне…

В рубку кто-то вошел и прервал проверочный вопрос Виктора.

– Сэр, вас вызывает к себе генерал.

– Уже иду.

Виктор шел следом за проводником, а им навстречу несли тела убитых матросов и людей. Раненых также отводили на грузовое судно. Они все должны были вернуться обратно.

В корпус с глухим стуком что-то ударилось.

Колонисты, выходившие из грузовика, остановились, вертя головами.

– Что встали?! Быстро в укрытия! – прокричал Виктор и только потом понял, что сделал ошибку, напугав всех.

Толпа метнулась. Крамер с солдатами попытались пробраться сквозь нее к шлюзовой камере, но не могли. Створы открылись, и оттуда выглянули хондоны с карийцами. Им хватило всего двух секунд, чтобы сообразить, в чем дело, и открыть огонь на поражение, буквально кося всех, кто попадался под их выстрелы.

Солдаты все же сумели пробраться сквозь обезумевшую толпу, не знавшую, куда деваться, и открыть ответный огонь. Они смогли подавить огонь противника и перейти в наступление.

К этому времени подоспели остальные солдаты, вооруженные пистолетами, и они перешли в полномасштабную контрабордажную акцию. Далее перестрелка велась уже исключительно на вновь прибывшем грузовике.

Виктора от участия в дальнейшей перестрелке остановил его сопровождающий.

– Сэр, вас звал генерал.

– Что? – спокойный тон солдата обескуражил его и вывел из себя. – Да пошел он!

– Сэр…

– Виктор, Виктор… – раздался откуда-то слабый голос.

– Жасмин? Жасмин! Ты где?

Крамер начал метаться среди тел убитых и раненых в поисках своей подруги. Наконец он нашел ее, сел рядом и положил ее голову к себе на колени. Плечо и часть живота девушки были в ужасном состоянии, как и все ранения от этих лучевых пистолетов при касательном попадании. Кожа превращалась в толстую корку чуть ли не сантиметровой толщины, которая начинала трескаться и сворачиваться наружу, оголяя мясо.