К.Б.Ж.Д.

Здесь же скалы и горы как бы нависали над прозрачной гладью Байкала, редкие деревья образовывали причудливые фигуры, их стволы и ветки были украшенные разноцветными атласными ленточками. Ветер играл ими, ленточки колыхались в его потоке, создавая магическую картину. Для удобства и безопасности туристов, на мысе в особо трудных местах были проложены деревянные ступени и перила. Хоть мы и доехали почти до края острова, но пешком нам предстояло пройти еще довольно большое расстояние.

– Ну что, все готовы? Идем? – бодро спросил Дима.

– Да! – дружно ответили все остальные.

Выходя со стоянки, мы прошли мимо небольшого лотка с сувенирами, за которым сидела старушка. Это была маленькая, скрюченная годами бурятка в национальном костюме. Лицо ее было в глубоких морщинах, обветренное и загоревшее, руки были похожи на узловатые корни деревьев, глаза были черные как смоль, но они были наполнены глубиной, мудростью веков, и чем -то мистическим. От ее взгляда по спине пробежали мурашки и меня невольно передернуло.

Некоторое время я не мог оторвать от нее взгляда.

– Не ходите на мыс – поздно, – еле шевеля губами, сказала бурятка. Мне даже показалось, что слова я услышал их у себя в голове.

Я молчал, не понимая, что она имеет ввиду. Все остальные уже прошли мимо, не обращая на старуху никакого внимания.

– Поздно уже идти на мыс, духи будут гневаться, нельзя вечером туда ходить, – старуха продолжала пристально смотреть на меня.

– Бабушка, мы быстро, – только и сумел выдавить я из себя.

А в горле у меня при этом моментально пересохло, сердце забилось сильней.

– Ты не понимаешь, ты и твои друзья навлекут на себя гнев духов, уезжайте отсюда. У вас дурные помыслы. Я вижу! – старуху вышла из-за прилавка и вцепилась в мою руку.

– Я? Что? Что вы делаете? – я попытался освободить свою руку.

– У вас черные сердца, вам нельзя сюда вечером. Здесь святое место. Днем или утром вы бы могли помолиться, очистить свою душу, а вечером сюда никак нельзя. Вы привлечете только злых духов.

Не ходите туда, – старуха держала мою руку стальной хваткой. Ее глаза смотрели на меня, не моргая, мне стало жутко, не по себе.

– Отстань от меня, – я с силой дернул руку прочь. Старуха, пошатнувшись, отпустила мою руку, оцарапав меня своими длинными ногтями.

– Ай, что за черт, – потряс я поврежденной рукой, – ты сумасшедшая, уйди прочь.

Я сделал пару шагов назад, не отрывая от нее взгляда. Обернувшись, я увидел, что мои друзья ушли уже довольно далеко.