Бог на радуге. Сборник рассказов

Это невозможно…

– Очень даже возможно! Выходи за меня замуж! Ты не представляешь, насколько глубоко и бесконечно моё чувство к тебе. Я буду всю жизнь носить тебя на руках. Я буду ждать… Ну… Пока ты школу там…, пока вырастешь… В общем….

Зачем я сказал это глупое «вырастешь»? Урод.

– Уфф! – даже не глядя в её сторону, я ощутил, как она сразу сжалась, уменьшилась в размерах и, конечно, густо покраснела. Она всегда краснела, чувствуя неловкость.

– Но ведь любить должны оба. Ты мне очень симпатичен. Очень-очень.

Но… Может, я глупая провинциальная девушка, но любовь должна быть взаимной.

– Совсем необязательно, – уставившись в асфальтовую выбоину под ногами, не смея поднять взгляда, упорствовал я, как баран. – Люблю тебя. Люблю! Не спеши отвечать. Ты узнаешь меня лучше, и может…

– А если не может?

Помолчав немного, она добавила, не пытаясь скрыть волнения.

– Человек не волен управлять собственными чувствами… К счастью или сожалению. Пойми… Я к тебе очень хорошо отношусь… Но! Не обижайся.

Я отношусь к тебе… как к брату. И давай не будем это портить…

Крах! Крах всего.

В жизни началась чёрная полоса. Я стал тревожным, раздражительным, замкнутым. Непослушная голова оказалась занята исключительно Наташей. Её облик печатался перед глазами, её запах щекотал ноздри, её голос застилал слух.

Тема любви и дружбы больше не поднималась нами, но в отношениях преимущественно сквозили неловкость и натянутость.

Если раньше после ужина мы старались проводить свободное время вместе, то теперь Наташа под любым предлогом избегала контактов наедине.

После ставшего привычным «семейного стола», она, ссылаясь на дела или болезни, уходила к себе в комнату.

Такие резкие перемены не могли быть не замечены мамой:

– Алексей! Что случилось? Ты обидел Наташу? – всё настойчивее и настойчивее допрашивала она меня.

– Нет! Глупости. Мам, успокойся. Всё в порядке. Ну, заболел человек. Недомогание. Это пройдёт, – неуклюже отбивался я.

Как?! Как я мог обидеть человека, которого полюбил страстно и искренне.

Да я готов был делать всё, лишь бы ей было хорошо.

Не хочет меня видеть? Пожалуйста. Я как можно реже буду попадаться ей на глаза. Если нужно, вообще готов уйти из дома и жить на вокзале, только бы не потревожить её покоя.

– Сдаётся мне, вы оба заболели, – вздыхала мама.

Дома чётко вырисовывалась патовая ситуация, при которой верхи не могли ничего сделать, а низы категорически не хотели.