Кирпич из Лондона

А там, в сенях, на кухне эти… обдолбанные, загаженные, облеванные наркоманы валяются. Споткнулись, задние напирали на передних и повалились друг на друга. Куча мала. Идиотизм! А ты один этого громилу повязал. Так что, Рома, не терзай себя, что не попал к чекистам, ты и здесь на своем месте. Думаю, что многие в отделе это тоже сегодня поняли.

У Кушакова от треволнений прошедшего дня, отсутствия сна, усталости физической и эмоциональной в сознании всплыли фотографии погибших, что рассматривал в музее.

Дни перед выставкой он зубрил текст на английском. Вынимал кусок текста и повторял, повторял, отрабатывал интонации. Голос старался сделать более проникновенным, но малоэмоциональным, чтобы не испугать излишней экспрессией англичанина. Несколько раз проходил мимо Культурно-исторического центра, запоминал, какие там машины. Госномера поменять легко, но каждая машина имеет свою «осанку». Как человек. Он может надеть любую одежду, но походка, осанка, стать делают его узнаваемым в любой толпе.

Вот и Кушаков, прогуливаясь по набережной, осматривал стоящие машины.

Открытие выставки в 10.00. Открывать ее будет местный министр культуры, значит, телевизионщики, журналисты, восторженные поклонники, богемная тусовка типа жен местечковой элиты, мнящей себя искусствоведами. На всю суету он положил три часа.

В 14.00 Роман купил билет на посещение центра. Образ у него был студенческий, даже взгляд сумел подделать.

Все верно рассчитал. Богема отметилась на культурном мероприятии, обсудила на телекамеры картины, теперь мирно потягивала шампанское из высоких бокалов, обсуждая городские сплетни, меряясь, чей муж обладает большим административным или финансовым ресурсом, рассматривая и хвастаясь новыми ювелирными украшениями.

У подвесных систем, на которых располагались выставленные произведения современного английского искусства, толпились, галдели студенты из института искусств.

Младшие курсы почти в упор рассматривали, пытаясь уловить нюансы. Старшекурсники же, отойдя назад, с видом утомленных знатоков неспешно обсуждали выставку.

Все были заняты, только тот, кто организовал выставку, покинутый всеми, стоял в стороне и удовлетворенно оглядывал зал. Вернисаж явно удался.

Кушаков сделал неспешный круг, делая вид, что рассматривает предметы нового реализма.