Прикоснись к прошлому. Сборник рассказов

Фалберт и Уц сели за стол на места, заранее для них приготовленные, на стулья с самыми высокими спинками, обрамленные металлом. Перед ними на столе лежали закуски из кабана, гусей; были овощи – бобы, морковь, горох и тыква; лежали пироги и оладьи и очень много вина.

Тут Фалберт откусил хлеб вместе с мясом и подозвал Удо. Удо выбежал в своем цветном костюме, со сдержанной улыбкой.

– Удо! Давай, дорогой, рассмеши нас, повесели! – сказал Фалберт.

– Однажды, – начал шут, – к монаху, продавцу индульгенций[10 - Индульгенция – бумага, свидетельствующая о прощении грехов с подписью Папы Римского.

], подошла большая компания: «Можешь ли ты продать нам прощение за грабеж?» Монах согласился и назвал цену. Люди заплатили, и, получив прощение, тут же отняли у него все деньги. Монах в бешенстве стал проклинать путников: «Грешники! Гореть вам в аду!» На что люди удивленно возражали: «Почему же ты нас проклинаешь? Ты же только что нас простил».

– О, Господи! Ха-ха, – рассмеялся Фалберт – Прости, Боже! А ведь и правда!

Веселье в замке не прекращалось практически до заката.

Ближе к вечеру в замок Уолтер прибыл местный епископ Тедерик.

Когда он восходил по лестнице в парадный зал, казалось, он ослеплял своим внешним и внутренним светом. Его сутана была расшита золотом и драгоценными камнями, в его руке был жезл, который торжественно постукивал по плитке пола. В тот момент Удо находился на кухне и тут он услышал шаги епископа по характерному звуку жезла.

Он выждал немного, а затем поднялся по лестнице, ведущей в главный зал, и посмотрел щель.

Зал не был так переполнен, как в начале дня, а музыканты устали и перестали играть. Фалберт и Уц рассуждали о войне, а Эуген сидел с ними рядом и слушал их рассказы. Сигфрид и Зельда убирали пустые тарелки и отходы.

Тут звон усилился и прекратился. Все сидящие в зале увидели епископа, разговоры прекратились. Фалберт поднялся и низким поклоном встретил духовное лицо.

Тедерик сел рядом с Эугеном. Мальчик был взволнован и рад, оказанному ему почету.

Когда Удо увидел, что епископ сидит рядом с новым пажом, а место с хозяином свободно, тогда он смело вошел в парадный зал и уселся на свободное место поблизости с господами.

– Я рад, синьор Фалберт, что ваш сын благополучно вернулся с войны. Я молился за него, как за родного, ведь я крестил его, – произнес епископ.