Русская Амазонка

Пойдем, посмотрим как они плавают, только не удивляйся, помни, что они из джунглей.

Мы вышли во внутренний двор, где располагался бассейн. Он светился чуть изнутри, подсвеченный скрытыми плафонами. Загорелые тела ребят казались черными. Мы сели в шезлонги. Через несколько минут Бас тихо спросил:

– Так они, что голые что ли?

– Конечно. Это их стиль жизни.

– ???

Стаси подплыла к нашему бортику, подтянулась на руках, до пояса высунулась над краем, и без подготовки сделала стойку на руках, застыла на несколько секунд, потом локти плавно подогнулись, сгруппировавшись она скатилась к нашим ногам.

– Кто угостит русалку-Настю лимонадом? – ее глаза блестели, как и все тело.

– Какое беспардонство, – фыркнул Бас, и поднялся, чтобы уйти.

– Послушай, Розен, брось дурить, а то я тебе синюю бороду наклею, – резко бросила Настя, – можно подумать ты баб голых не видел?

– Я воспитан на других принципах.

– Что за шум, а драки нет? – к нам присоединился голый Серж.

Розен ушел. Молодым людям было не понять, что после работы в концлагере он не мог смотреть на обнаженные тела, его по ночам мучили кошмары.

– Довели старика?

– Он еще не старый, – удивилась Настя.

– Ему, детка, 65, он на два года моложе меня.

– Никогда бы не подумала, хорошо сохранился.

Я бросил недовольный взгляд на Сержа:

– Идите спать завтра тяжелый день, – оставив их, я ушел к себе.

Сергей

Первая половина дня прошла по сценарию Настены. Затем на Кадиллаке мы поехали в офис, где располагался конференц-зал.

Машина остановилась, живая цепь из полицейских оградила нас от журналистов. Засверкали вспышки. Когда мы выходили Настя бросила через плечо:

– Хао, не забудь мою сумку.

– Слюхаю, Настя-сан, – они как заговорщики улыбнулись друг другу.

– Ты никак на базар собралась?

– Нет, милый, просто подумалось, а вдруг захочется перекусить, вот и прихватила пару бутербродов.

– В метр длиной?

– Уж какие получились, – дальше препираться нам не дали. Мы вышли на сцену.

Зал был почти полон. На столе, как кобры торчали микрофоны. Нас посадили в центре, слева сел Стрент, справа его пресс-секретарь, вышколенный молодой человек лет тридцати.

– Цель нашей встречи всем известна, – начал он, – мистер Стрент выступит с заявлением, затем кратко ответит на ваши вопросы.

Я сидел и глупо улыбался камерам, слушая известные факты, обычно я привык находиться по другую сторону рампы. Когда нас представили залу, мы покивали, чуть привстав.