Русская Амазонка

– Какая осень?

– Я хотел говорит, что…

Я подошла к нему вплотную:

– Ты меня хочешь?

– Я люблю тебя… – его глаза сверкнули, как молнии, и он покраснел ещё больше.

– Бедный Хао, прости меня, я не хотела сделать тебе больно.

– Нисего, Хао сильный, я умею терпит. Только… – он запнулся.

– Говори всё, нам нечего терять.

– Разреши мне смотреть на тебя, мне нравится.

– Но ведь тебе же будет больно?

– Когда смотришь на утреннюю звезду, любуешься ею и хочешь её иметь – больно не бывает.

– А ты однако поэт.

Но сейчас нужна от тебя другая помощь. Я буду немного тонуть.

– Хао отказывается помочь.

– Это будет игра и большая, а другому человеку станет больно и обидно.

– Зачем плохо говоришь о Серега-сан?

– Нет, Хао, это будет Трешмен.

– Тогда я твой помочь, – заулыбался он.

Шнуром мы привязали статуэтку мне к спине и вышли на террасу. Он подсадил на перила. Прыжок… Вода остудила натянутые нервы. На животе морской узел, чтобы легко освободиться от груза.

Оружие соблазна работает безотказно.

Теперь дело за малым, чтобы рядом оказался Трешмен. Минута прошла. Я лежала с открытыми глазами, и через прозрачную воду бассейна видела склоняющиеся головы.

Не может быть чтобы здоровый мужчина, не замеченный в порочных связях, не любил красивых женщин. Фотографии одно, а живая… – это другое. Этого банкира надо повязать на взломе мохнатого сейфа. Вторая минута прошла.

Жаль Сергея предупредить не успела. Он, конечно, знает, что мы должны разыграть сцену ревности, а это может все испортить.

Сама затея сплошная авантюра, но кто не рискует – не пьет шампанского, а я его люблю. Лежи русалка-Настя. Три минуты прошло.

Они, что боятся замочить свои смокинги, но тогда полезет прислуга, а это не входит в мои планы.

Вот он – прыжок! Кто нырнул ко мне? Главное не водить глазами. Тренированный парень на глубину трех с половиной метров идет смело. При попытке поднять меня надо закрыть глаза. Грамотно берет за волосы и тянет – тяжело. Бросил – пошел наверх. Вода глушит звуки и сильно давит на уши.

О чем-то он просит. Перед носом скользнул нож. Они охренели там что ли?

Еще чуть и я бы дернулась, чтобы увернуться от удара. Вот он вернулся, и стал резать шнур, но это не веревка, милый. Развяжи – идиот! Пятая минута на исходе.

По законам смерти через несколько секунд мне конец, но я-то вне закона. Они этого не знают.

Все – подъем. Не так сильно, баран, голову оторвешь. Важно сдержать первый вдох. Набрала немного в рот воды.