Мы из Бреста. Бессмертный гарнизон

Все это хорошо, но где взять людей? Кто их научит? И как будут учить? Если у нас половина полка русского языка не понимает, – задумчиво сказал Матвеев.

– В основном тематика и план подготовки такого подразделения мною описаны. Конспекты по большинству тем тоже есть. То, что связано с подготовкой по взрывному делу, вполне могут преподавать командиры-саперы. Остальное, если разрешите, я сам мог бы им дать. Срок подготовки такого подразделения до полугода. Но можно и уменьшить срок. Если будут бойцы, уже послужившие в армии и имеющие первичную подготовку.

– Правильно, сам предложил, сам и выполняй, – сказал начштаба.

– Задумка у лейтенанта полезная. Сколько можно людских жизней сохранить, используя такие группы, – вставил свое слово замполит.

– Это понятно. С вооружением таких групп решить можно. Скоро на «СВТ» и «ППД» полностью перейдем, а вот где людей найти? Если изъять наиболее подготовленных бойцов и младших командиров из остальных рот, что в них останется? Кто будет руководить отделениями? Ноль без палочки.

Так полк имеет более или менее ровные подразделения. С чем останемся? С одними штурмовыми группами. Ты что скажешь, Виталий Павлович? – обратился командир к Руссаку.

– Идея в целом кажется полезной. Надо подумать над ней, как следует. Я бы не спешил от нее отказываться.

– Ладно, Седов. Загрузил ты нас своими мыслями, а у нас своих хватает. Сейчас время обеденное, ты давай в столовую сходи. Пообедай. Знаешь, где столовая? – спросил Матвеев.

– Знаю, – ответил я.

– Так вот сходи, пообедай, а потом подойдешь к начштабу. Он тебе должность подберет. Конспекты и план оставь, мы тут их еще обсудим. Потом вернем. Надеюсь, не против? Счастливой тебе службы, лейтенант, – попрощался со мной командир.

Мне ничего не оставалось, как попрощаться и покинуть кабинет командира. Куда идти? В комнату переодеться. Потом выполнить приказ командира – поесть. Ну, а затем к начштабу за должностью. Что-то нехорошо они на меня смотрели. Может, зря со своим предложением вылез? Служил бы как все – тихо, мирно, незаметно.

Нет, надо было себя показать, языком потрепать. Как же, сделать вброс информации. Поторопить будущее. А теперь буду на примете у командования – как слишком умный. Еще неизвестно, на какую должность определят, а то придется все оставшееся до войны время портянки на складе перебирать. Дело нужное, я это делать умею, но совершенно не хочется. Ладно, чего теперь самого себя корить. Жизнь продолжается.