Король джиннов

Он произнес целую тираду, в которой призвал верную ему паству послужить великой цели, и построить ему плот, на которой он король из королей отправится в длительное и опасное плавание. Троглодиты, похоже, не слишком-то обрадовались возложенной на них миссии, но перечить особо не стали. Они молча взялись за построение плота.

Все то время, что они занимались постройкой, Кингджинн царственно восседал на возвышении, и величественно поглядывал на своих подданных. Его несколько удивил тот факт, что такие дикари, как троглодиты, были знакомы с каменными орудиями труда, поскольку они довольно ловко управлялись ими.

Топоры, молотки, даже нечто похожее на пилу. Однажды ему показалось, что Серый, орудовавший каменным топором, с удовольствием бы обрушил свой инструмент на голову своего вожака. Однако, столкнувшись с суровым взглядом Кингджинна, он сник, и продолжил трудиться.

После долгого и упорного труда плот был готов. Кингджинн самолично проверил его прочность, и прочность связывающих бревна веревок.

Вроде бы должно было выдержать плавание. Если, конечно, не налетит шторм. Но погода была неплохой, а до острова, можно сказать, рукой подать. Так что все должно было пройти благополучно.

Троглодиты даже сделали нечто подобное веслам, чтобы Кингджинн мог ими грести. Взобравшись на плот, он открыл было рот, чтобы произнести еще одну прощальную речь, но передумал, быстро поняв, что ничего подобного племени было не нужно, и те, напротив, не могли дождаться, когда этот покрытый шерстью умник, возомнивший себя их королем, наконец-то уберется восвояси.

В глубине души Кингджинн испытывал подобные чувства. Ему вовсе не улыбалось оставаться их королем на всю жизнь. Он всего лишь выполнял возложенный на него квест.

Надеясь, что больше уже ему не придется увидеть эти тупые хари, Кингджинн отправился в плавание.

Грести было не сложно, весла, хоть и сработанные крайне грубо, оказались вполне прочными и надежными. И плот быстро удалялся от берега. Остров увеличивался в размерах едва ли не с каждым взмахом, и Кингджинн уже испытывал предвкушение от того момента, когда он ступит на противоположный берег.

Но плавание оказалось легким лишь до того момента, пока он не достиг примерно половины своего пути. Вот здесь начались трудности. Прежде всего стало тяжелее грести, и Кингджинн понял, что он попал в полосу океанского течения. Плот так и норовило снести в сторону, а то и вовсе возвратить обратно, откуда он приплыл.