Лучше быть тварью, чем рабом

Если бы она хоть раз попыталась объяснить ему свои чувства, возможно, это прозвучало бы так: «Моя любовь многогранна. Она доставляет мне и наслаждение, и боль. Я желаю тебя, желающего меня, зная, какие мерзкие, отвратительные вещи ты делал. Я прошу тебя обнимать и целовать меня, несмотря на то, что не смогу тебя простить, – но мне порой очень нужны твои объятия или поцелуй. А иногда просто присутствие рядом».

Дора была заложницей общественного мнения, хотя всегда отрицала это. Более того, она всегда пыталась показать, как ей плевать на то, что о ней подумают окружающие, вступая в бесчисленные споры по делу или по пустякам, одеваясь броско, смело, даже дерзко и экстремально, в собственном стиле – ей было важно, чтобы ее замечали, обращали внимание, чтобы о ней говорили, чтобы ее обсуждали.

Никто не знал, что эта девчонка за своей улыбкой, за сарказмом и колкостью прячет тотальное одиночество, нехватку любви матери (которая, по ее ощущениям, любила больше ее сестру), нелюбовь мужа, непринятие мужа, жалость к себе, гибель отца, подлость сестры… Всю ту боль, которая настолько велика, что не она ее носит в себе изо дня в день, а боль носит Дору в себе, потому что женщина – пятно по сравнению с величиной этой му?ки.

А признаться во всем этом она боялась порой даже самой себе. Она предпочитала пускать пыль в глаза своему окружению: что она счастливая жена, счастливый человек, сильная, несгибаемая личность, которая все стерпит и вынесет. Девушка подходила к зеркалу и подбадривала себя иногда: все хорошо, и не такое проходила. Переживем.

Эта маска была настолько приятна, будто внутрь позабивали гвозди – острыми концами к лицу. Эта ложь насиловала Дору больнее, чем ее насиловал собственный муж в те моменты, когда хотел ее, а она позволяла себя брать. Она говорила ему, что любит нежность, ласку, поцелуи, а он брал ее грубо и не считался с ее желаниями, ему важно было получить удовольствие самому и отодвинуть ее. Она сначала терпела, воспринимая его животную дикость как насилие, и до того дотерпелась, что ей стало казаться, будто она даже наслаждается этим.

Доре нравилось фантазировать, что однажды она уедет в другую страну, начнет новую жизнь, выйдет замуж второй раз за богатого, красивого мужчину, которого она не будет любить, но который будет любить ее. И с довольной ухмылкой Дора будет оглядываться на тех, кого оставила позади. Бывший муж никого лучше ее не найдет, его жизнь будет кончена без нее.