Ловец удовольствий и мастер оплошностей

Иногда это нагнетает неуверенность в завтрашнем дне. Ведь неизвестность пугает. А из нее состоит всё.

Она молчала, по-видимому, не до конца понимая, что я хотел сказать. И я понимал, в свой черед, что не должен углубляться.

– Опыт человека субъективен, – подытожил я. – И как правило, не передаваем… А тем более если людей разделяет большая возрастная разница, как меня и вас…

– Только за билет я сама заплачу, – глубоко вздохнув, сказала она.

– Хорошо. Согласен.

Она всё же пристыдила меня взглядом.

– Самые правильные решения принимаются по необходимости. Есть такая житейская премудрость, – будто оправдываясь, заверил я. – Это сложно бывает понять. Сложно отказаться от идеи выбора. Еще сложнее увидеть в этом хорошую сторону. Но это так. Если понимаешь это, всё становится проще. И не ждешь ничего. Ни плохого, ни хорошего.

– Вы по этому правилу и живете?

– Не всегда, – не сразу ответил я. – Вряд ли это правило.

Час спустя я опять сидел на той же скамейке. И опять мне никуда не хотелось уезжать, отдаляться.

Как только я это делал, во мне разрасталась какая-то яма, пустота. И росла неуверенность во всём. Я забывал притормозить на красный свет. Вещи валились из рук. В супермаркете я забывал забрать банковскую карточку из платежного аппарата, благо меня успевали окликнуть. В противном случае я бы остался без прав, без денег, без головы.

Я ненавидел в себе рассеянность. Я начинал ругаться вслух. Я пытался всё упростить, отказывался от всего лишнего, никчемного.

Но легче не становилось. В таких случаях лучше всего вымеривать пешим маршем километры где-нибудь в лесу, в поле, на пляже.

* * *

Как врач и пообещал, ее выписали на следующий день к обеду, чтобы не оставлять на выходные. Приехать вовремя, к часу дня, мне не удалось из-за пробок. Когда я вошел в палату, было уже почти три часа. Зато ее накормили обедом, и для нее это было лучше любого ресторана, в который мы могли бы попасть в этот час; плохое питание во французских больницах встречается редко.

Выписка представляла собой копию документов, приготовленных для страховой компании. Ясного диагноза так и не было. Значились лишь указания на острую аллергическую реакцию, вызванную неустановленным аллергеном; даже тесты, получалось, сделать не удосужились.

Элен хотела сразу же определиться с отъездом. Я взглянул на расписание поездов. Вариантов предлагалось много. Но Интернет плохо работал, связь зависала.