Записки художника

Я оперся о свои колени, поднял тело и пошагал в сторону кровати. Кто просил его открывать мне дверь? Что им надо от меня? Я лишь хотел жить и писать свои картины. Почему на моем пути вечно что-то стоит. Почему мне указывают как и что делать? Я никому ничего не обещал, я никому ничего не должен.

Оставьте меня! Оставьте одного. Никто мне не нужен, я ничего не хочу. Прошу… Просто не подходите ко мне.

Я упал на кровать и сильно стукнул свою руку об угол кровати. Я разозлился еще больше. Даже не столько от боли, сколько от глупости моего действия.

За дверью вновь послышались звуки. Кажется, они все-таки раздобыли ключ. Звук замочной скважины.

Раз…

Хочу, чтобы все люди в этом мире разом исчезли.

Два…

Вот было бы классно. Я бы выбрал себе комнату с самым лучшим видом из окна, принес бы туда гору красок, холстов, бумаги и кистей.

Три…

Может, когда я умру, бог воплотит мою мечту в реальность и создаст для меня мой личный мир, где буду я один.

– Ну привет. Мы тебя нашли.

Я обернулся. Передо мной стояла белокурая девочка с короткими, как у парня, волосами. Она была тощая, но достаточно высокая, уж точно выше меня. Ее лицо никак нельзя было назвать красивым, однако было в нем что-то чарующее и привлекательное. Словно сбежавшая из замка принцесса, давно позабывшая свои корни, жившая несколько лет в диких лесах, но до сих пор сохранившая утонченность души своей.

При всем моем мрачном состоянии я был сильно удивлен, когда понял, что это именно ее голос я слышал из-за двери.

Даже учитывая, что она была старше меня на пару лет, в моей голове никак не укладывалось, как из таких милых губ могут выходить настолько неприятные звуки.

– Я же тебе сказала готовиться. Вставай, идем! – скомандовала она так, будто я ее подчиненный. Даже Учитель теперь казался мне не таким уж страшным.

Я не отвечал. Просто отвернулся и представил, что здесь никого нет. Выглядел я достаточно гордо, по крайней мере, в собственных глазах, однако ужасно боялся поплатиться за свои выходки.

Все-таки теперь я в самом деле столкнулся лицом к лицу с безжалостной реальностью. И это вам не старшие, более-менее обладающие разумом, передо мной стоял самый жестокий тип людей – мои ровесники. Я часто наблюдал за ними из окна своего старого дома. Мне они всегда напоминали дворняг: трусливые, привыкшие подчиняться и идти только против слабого, без чести, без морали. Мне повезло быть в стороне от всего этого, и вот теперь я здесь.