Ритуал

Возможно, он увидел в нас что-то, может мы ему нравились, а может он просто проучил нас. Дал нам то, над чем подумать.

– Ты узнал что произошло на той дороге? – спросила снова девочка.

– Нет, никто не знает. Но если проложить связь между тремя речами, о воде, ненормальных и звёздах, то у меня кое-что крутится в голове. Это ответы. Свободы нет, но надо мериться, вопрос о нормальности лишь иллюзия, все человеческие деяния, роли, все как будто контролируется, от грубости, до самых страшных преступлений. Но кто и зачем это делает?

– А привет, – подошел мужчина к ним и обнял мальчика.

 – Ты мой хулиган, дед опять рассказывает страшилки!?

– Деда, – сказал мальчик. – Ты это все выдумал, так папа говорит.

– Ты дурак, – сказала девочка брату.

Только дед смотрел с улыбкой на сына, отца своих внуков с улыбкой, а тот смотрел на отца в ответ, но с улыбкой удовлетворенности, удовлетворенности в том, что остро пошутил. Судья посмотрел на внука, потом на внучку, а затем перевел взгляд в чистое ночное небо, где мигали таинственно звезды, холодным и далеким светом.

Улыбнулся, а затем прошептал, но услышала это лишь девочка.

– Его там не было тогда,

Ведь на свет он не рождался никогда.

2019

Тёмные рощи

Дождь застал Григория в пути. Ночь была тёмной и холодной, Григорий проезжал на своём коне, который уже выбился из сил, по долготе пути. А проезжал он мимо небольшого домика, в окнах которого виднелся мерцающий свет горящей свечи. Григорий был молодой человек двадцати семи лет, приятной наружности, воспитанный и грамотный, коих было не много в то время.

Шёл конец XIX века, Григорий ехал по просьбе одного химика из Т—ой губернии в К—ю губернию, и вёз с собой важные бумаги, чертежи и всякие таблицы. Он был в пути уже несколько недель, останавливаясь в разных местах, иногда даже с риском для жизни. От последнего пристанища он уже не ел три дня и почти не спал.

Привязав коня, он постучал в дверь дома, который стоял в лесной глуши странный и одинокий.

Открыл человек в одеянии схимника, с чёрной, густой бородой и со свечой в руках.

– Проходи, что ж ты на пороге-то?! – сказал схимник; – Жилище у меня убогое, что и должно схимнику, а поесть и отдохнуть с дороги – это ради Бога.

Он достал хлеб и кашу перловую, сваренную на воде похоже ещё утром или вчера, и пошёл на улицу, взяв с собой какой-то мешок.

– Ну, милок, ешь, а я лошадку твою заведу под кров и вот, овса дам немного, – говорил схимник.