Точка невозврата

Пришлось немного скорректировать маршрут, дабы вернуться точно к тому месту, где разведчики оставили десантные лодки, но в целом они успевали. Командир бросил быстрый взгляд на часы. Уже очень скоро они должны были подойти к берегу. Сухумский неожиданно повернулся.

– Ладно, майор… – Ученый замялся. – Если я расскажу о содержимом контейнеров – вы продолжите поиски?

Трест удивился. Такого он не ожидал. Очевидно, захват груза был действительно настолько важен, странно только, что ученый вспомнил об этом лишь сейчас.

– Возможно. – Сухо бросил Трест, однако шагу никто не сбавил.

Еще несколько минут все, молча, двигались вперед. Идущие рядом с командиром разведчики навострили слух – всем хотелось узнать, что скажет представитель ВНК.

Наконец Сухумский окончательно сдался. Тяжело вздохнув, он заговорил:

– Вы что-нибудь слышали о…

Внезапно его оборвал поток ругани спереди. Вероятно, что-то очень сильно раздосадовало Бреста, раз он забыл о маскировке. Командир махнул рукой.

Разведчики разом остановились и рассредоточились по лесу. От неожиданности, Сухумский застыл на месте как вкопанный. Трест пробежал вперед и увидел, что стало причиной недовольства лейтенанта. Они добрались до лодок, замаскированных ветками деревьев. На первый взгляд все было нормально, но, подойдя поближе, майор увидел, что моторы, так же, как и запасные вёсла, отсутствуют. Берест всё ещё обменивался с не менее изумлённым Ифритом, матершинными репликами, когда к разведчикам подошёл ученый.

– Что-то случилось, майор?

В ответ послышался очередной всплеск негодования в исполнении Береста. Точно такие же эмоции захлестнули и командира группы, но от нецензурных высказываний он пока воздержался. Развернувшись к ученому, он с горечью произнёс:

– Нас переиграли.

***

– Продолжай следить за эфиром! – За последний час Терещенко слишком часто повторял эту фразу дежурному радиотелефонисту.

– Есть. – Послышался ответ.

Они находились в радиорубке.

Рядом маячил старпом, нервно осматривая приборы связи. Несколько минут тишину в помещении нарушал лишь писк приборов и движения, находящихся рядом связистов. Затем командир корабля обратился к старпому:

– Что там генерал?

Костанаев резко развернулся и посмотрел на Терещенко.

– Все тихо. Из каюты никто не выходил.

– Это плохо.

Еще несколько минут прошли в полном молчании, а затем часы на руке капитана первого ранга Терещенко пискнули.