Агрессия

– Как вы тут поживаете на самом деле?

Андрей обернулся и бросил взгляд в окно. Он не ошибся. Едва внедорожники выехали за ворота режимной зоны аэропорта и покатили по Воздухофлотскому проспекту в сторону Кольцевой дороги, к ним присоединились даже две машины.

Дальше вереница черных, наглухо затонированных немецких внедорожников двинулась быстро, то и дело меняя местами направляющий экипаж и замыкающий. Все в полном соответствии с правилами сопровождения важных персон.

На кой черт сдалась такая конспирация, Лунев спрашивать не стал.

Но на заметку этот факт все же взял.

– Мы тут поживаем… когда как, – запоздало ответил Остапенко. – Еще полгода назад было пусто, теперь вот снова густо. Вроде бы и звери шустрят, тревожно на территории, а народ нахлынул. Только все какие-то потерянные, с памятью поврежденной. Ходят, озираются, словно вчерашний день ищут. И другая крайность, новички-энтузиасты тоже будто бы сговорились, волной пришли и не уходят. Словно фестиваль у них тут. На тему ролевых игр.

Они ведь, сам знаешь, новички эти, сходят в пару турпоходов к саркофагу, прославятся чем-нибудь – преимущественно глупым – и думают, что им все теперь по плечу, что они теперь великие сталкеры. Потом их, конечно, жизнь проредит: кого группировки ухлопают, кого зверье сожрет, а кого просто зона отторгнет. Но на все это время требуется. Вот и получается, что пока у нас тут столпотворение, хаос и мясорубка в одном флаконе. Короче, работы прибавилось существенно.

– А старички что ж порядок не наводят?

– Разбрелись все старички.

Они ведь не у дел остались. Профессор Пригорович, который главный артефакт изучал, бросил без присмотра аппаратуру в разгар эксперимента и уехал в Киев. В результате объект изучения раскололся, аномальная энергия резко пошла на убыль, и зона с тех пор круто изменилась. Слышал эту историю?

– Я на тот момент еще в Припяти отирался.

– А-а, ну да. Припоминаю. Короче, старички в большинстве своем в Москву подались, там сейчас для них работы больше, чем тут.

Некоторые возвращаются, но редко и ненадолго. Так что, особо картину они не меняют.

– А группировки? Или тоже разбежались и в Москву подались?

– Кое-кто остался, но они тоже ничего не меняют. И вообще, на самом деле больше от гражданского начальства проблем, чем от нелегалов. В Киеве ведь свои взгляды на зону отчуждения. Им хочется, чтоб в ней все теперь, как на кладбище было: понятно, предсказуемо и строго по программе. Как говорится, умерла, так умерла.