Агрессия

Андрей выглянул из зарослей, мгновенно оценил обстановку в районе первого брода и сдал назад. Макар не пожелал слушать его объяснения, тоже высунулся и тоже сразу же попятился.

Твари с пользой расходовали минуты, оставшиеся до начала грозы. Они строили мост. Их тесаки отлично справлялись с ролью топоров, и в воде лежали уже три достаточно толстые и длинные сосны.

Еще три-четыре дерева, и переправа будет налажена. – Дай карабин и уходи! – потребовал Андрей.

– Шиш тебе с маслом, – помотал головой Макар. – Не дам!

– Тогда сам стреляй!

– Их пули не берут!

– Просто надо целиться получше! Стреляй!

– Сам стреляй, если найдешь из чего, – Макар попятился.

 – Ты привел, тебе и кувыркаться!

– Вот ты жлоб, – Лунев махнул рукой. – Вали отсюда! И скажи Комиссару, чтоб все бросал, три минуты у вас на отход!

Макар снова попятился, но почему-то так и не ушел. Несколько секунд помявшись, он вернулся и присел рядом с Андреем:

– Хер с тобой, золотая рыбка. В кого стрелять?

– Лучше дай…

– Я сам! – отрезал Макар.

 – Я жлоб, забыл?

Моську свою никому не доверяю!

– Клади лесорубов. Сколько успеешь. И сразу галопом назад.

– А ты?

– Я ближе к броду подберусь. На случай, если кто прыгнет. Считай до десяти и открывай огонь.

Андрей успел подобраться к сооружаемой тварями переправе ровно в тот момент, когда Макар сделал первый выстрел.

«Моська» у партизана была неплохо пристреляна, да и сам он, видимо, имел немалый браконьерский опыт. Первая же пуля пригвоздила одну из тварей к сосне.

И никакие пластинчатые доспехи, в которые был облачен чужак, от тяжелой винтовочной пули не спасли. А вот следующие четыре выстрела пропали даром. Твари перешли в «ускоренный режим», начали хаотично метаться по берегу, словно крупные мухи, и стрелять в ответ.

Причем в случае чужаков, слово «стрелять» следовало понимать буквально. То есть, если Макар на самом деле «пулял», то эти именно стреляли. Их дальнобойное оружие отправляло во врага острые черные стрелы длиной сантиметров двадцать пять.

Но летели эти стрелы почти со скоростью пули и прошивали насквозь любые посильные для тех же пуль препятствия. Но хуже всего, что стреляло оружие врага не только последовательно, а еще и залпом.

Из тальниковых зарослей послышался тихий вскрик. Похоже, Макар не внял рекомендациям Андрея и не успел отойти.

Лунев сдал назад, прополз до дальнего края островка, поднялся на ноги и с чистой совестью припустил ко второму броду.