Бой с тенью

Не удивлюсь, если в скором времени ты окажешься под колпаком.

– А вы?

– Я пока посижу на внештатной базе. Она не подключена к Коро, но в сложившейся ситуации это скорее плюс, чем минус. Особенно с оглядкой на то, что Сущность всерьез взялась за наш участок системы…

Феликс кивнул и уже собирался откланяться, но задержался.

– Переход недоступен. Как же я отправлю на Диши Парыгина? Купить ему билет до сто пятьдесят шестого? Пусть перейдет через него?

– А если враги только этого и ждут? Брать шифровальщика сию минуту им необязательно.

Проследив за путешествием Парыгина, они выжмут из ситуации максимум возможного – получат и «языка», и еще один тоннель.

– Тогда его надо спрятать. – Феликс помялся с ноги на ногу. – Возьмете его с собой?

– Нет, – отрезал директор. – Это слишком рискованно.

– Но тогда мне не остается ничего, кроме…

– Не остается, – прервал его Кирилл Мефодьевич, – и чем быстрее, тем лучше.

* * *

*Субботнее утро, серое и прохладное, началось с множества мелких дел, которые Сноровский назвал «оргвопросами».

За поиском подходящих «оргответов» на них он забыл даже про заранее составленные планы. Новоиспеченный директор Управления прямо-таки рвался в бой.

– Сейчас допросим пару пленных, и будет уже какая-то пища для размышлений, – с воодушевлением рассуждал он. – Где одни ворота, там и все остальные. Хоть кто-то из семидесяти четырех солдат должен быть в курсе, как связаться, например, с ближайшими соседями.

На случай непредвиденных обстоятельств или для технической консультации.

– Непредвиденные обстоятельства уже были, однако на помощь им никто не пришел, – возразил Андрей. – А для технической консультации у них есть эта «мутная» сеть – Коро. У нас сегодня на утро другие дела запланированы. Надо съездить в город.

– Зачем? – Сноровский спросил это, думая о чем-то своем.

– Как зачем?! – возмутился Соловьев. – На похороны.

– Ах да! – Иван Павлович легонько хлопнул себя по лбу.

 – Замотался совсем… А во сколько?

– В двенадцать.

– Черт, немного неудобно. Ни утро, ни вечер. Весь день пропадает.

– Иван Павлович!

– Поедем, конечно! Что ты так реагируешь? Борис и для меня был не последним человеком!

Выехали они, как выразился Сноровский, с «ефрейторским зазором» в полтора часа. До кладбища был примерно час езды, но Иван Павлович любил все делать наверняка.